Бразильское экономическое чудо: Бразильское экономическое чудо — btimes

Содержание

Бразильское экономическое чудо — btimes

Доказательством этого факта лучше всего служит одна-единственная цифра: с 1994 по 2010 год

BusinessTimes публикует обещанный материал об экономических реформах в Бразилии: яркий пример того, как политические решения могут в сжатые сроки вывести страну из экономического коллапса и перевести в статус самой перспективной развивающейся страны южноамериканского континента.

Доказательством этого факта лучше всего служит одна-единственная цифра: с 1994 по 2010 год, в результате изменения социально-экономической политики, уровень бедности в Бразилии упал на 67,3%. 20 миллионов бразильцев, до этого проживающих за чертой бедности, сумели выйти из этого статуса. Бразилия все чаще стала упоминаться на страницах экономических СМИ, а бывший президент страны Лула да Силва вошел в историю Бразилии как один из наиболее успешных во внутренней политике руководителей.

Экономические реформы в Бразилии начинались так. Первым шагом была приватизация всех неэффективных предприятий – в бразильскую казну резко поступила огромная сумма в 19 миллиардов долларов.

Получив эти средства, руководство страны пошло на кардинальную модернизацию экономики и определило новые приоритеты экономического развития: были выделены две области – производство полупроводников и программного обеспечения и медикаментов – и приняты меры для стимулирования их развития.

В результате, всего через 10-15 лет в Бразилии существенно развилось авиастроение и обрабатывающая промышленность – более 80% внутреннего спроса на машины и оборудование в стране теперь обеспечивается за счет собственного производства. Кроме этого, значительную помощь от государства получил сельскохозяйственный сектор, что позволило ему внедрить новые технологии в производство – опять же, теперь около 90% продовольственного спроса в стране покрывается собственным производителем.

Иными словами, работа шла в двух направлениях: развитие промышленного сектора и сельскохозяйственного. Дополнительно была разработанная социальная политика: беднейшие слои населения получили экономическую поддержку в обмен на обязательство давать образование детям.

Соответственно, уменьшился процент неграмотных в стране и увеличивается доля людей с профессиональным образованием.

Наконец, совсем недавно в Бразилии началось развитие нефтяной отрасли – однако не в качестве основы экономики, а как дополнительный фактор развития. В настоящий момент некоторые эксперты сходятся во мнении, что уже в ближайшие годы Бразилия может войти в число крупнейших экспортеров нефти в мире.

Параллельно этим успехам, как естественное продолжение, стал развиваться сектор услуг. Большое число трудоспособного населения – фактор, который тоже сыграл на руку Бразилии, — смогло трудоустроится на новых рабочих местах, и на 2009 год уровень безработицы в стране был уже на отметке 7,4%.

Оказав помощь своему сельскохозяйственному сектору, Бразилия успешно вышла в мировые лидеры по экспорту сои, апельсинового сока, сахара, кофе. Экспорт авиационной и транспортной техники, электроаппаратуры и ткани стал составлять существенную статью в бразильском бюджете.

Все это привело к резкому снижению инфляции в стране и росту ВВП (на 0,5% в 2003 году, но уже на 5,2% в 2004). Лула да Силва сумел даже досрочно выплатить государственный долг в МФВ.

Тем не менее, на сегодняшний момент в Бразилии сохраняется серьезное неравенство – как между отдельными слоями населения, так и между регионами. Так, северо-восток Бразилии считается самым бедным регионом страны, и его экономические показатели заметно уступают показателям по стране в целом.

Разница между богатыми и бедными гражданами страны также огромна: по данным Бразильского института географии и статистике, 10% богатейших бразильцев получают 44,5% всех доходов, тогда как на 10% беднейших приходится лишь 1,1%. Кроме этого, в стране наблюдается зависимость между национальным происхождением и уровнем заработной платы: в среднем, белые бразильцы и бразильцы азиатского происхождения зарабатывают вдвое больше бразильцев африканского происхождения и бразильцев из смешанных семей.

Коррупция, бедность и неграмотность – три основные проблемы, с которыми борется правительство Дилмы Русеф – нового президента Бразилии, преемницы и ученицы Лулы да Силва.

Глава 17. Россия как Бразилия

«Только Сибирь и Сахара могут соперничать с бразильскими просторами,
но климат там отвратительный».

Джон Апдайк. Бразилия

Когда смотришь на графики курсов акций бирж России и Бразилии, не веришь своим глазам. Они, изо дня в день, идентичны. Полностью повторяют друг друга. То ли ты в Бразилии, то ли приник к экрану на северных просторах. То ли Амазонка, то ли Волга. То ли джунгли, то ли свирепая тайга. Эти страны существуют как единый финансовый актив (графики 17.1 и 17.2)273. Самые высокие коэффициенты корреляции российского рынка акций – с Бразилией (более 0,9), со странами Латинской Америки (с Бразилией связь наиболее интенсивна).

График 17.1 Темпы роста фондовых индексов Бразилии и России, пункты


Является ли Бразилия зеркалом России? И наоборот? Особый путь развития, исключительность страны, национальная безопасность как кредо экономики, защита отечественного производителя.

Привычные для российского лексикона слоганы относятся к «Великой Бразилии» — сверхдержаве по убеждению многих своих граждан, стремящейся к постоянному членству в Совете Безопасности ООН, третий век находящейся в поисках национальной идеи и своего места в мире.

График 17.2 Темпы роста фондовых индексов Бразилии и России, 01.2007=100, %


Россия и Бразилия лежат от океана до океана. Обе страны – «легкие» планеты. Площадь лесов (тайги и джунглей) занимает 49% и 56%, соответственно.274 Россия – первая по площади страна мира, Бразилия – пятая. Протяженность России с запада на восток – примерно 10 тыс.км, Бразилии – больше 4 тыс. км. Россия и Бразилия

275 сопоставимы по численности населения (140 и 193 млн. чел.)276, продолжительности жизни (68 и 72 года)277, занимают, соответственно, 6 и 9-е места по ВВП в сравнимых ценах (по паритету покупательной способности, Всемирный банк). В 2001 г. разделяли 9 – 10-е места. По уровню человеческого развития Россия занимает 71 место, Бразилия – 75278. Обе страны – федерации, президентские республики с влиятельными губернаторами и силовыми ведомствами, с обширными земельными и природными ресурсами, лежащие в нескольких часовых поясах. В обеих – силен патернализм. Как сказал президент Ф.Кардозу (2002), “бразильцы гордятся своей душой, тропически русской”.
В России и Бразилии – развивающиеся рынки (emerging markets) среднего уровня развития. В России меньше социальное расслоение (коэффициент Джини – 0,44 против 0,55 у Бразилии), но ниже конкурентоспособность государства (63 и 58 места, Мировой экономический форум)
279
, меньше экономической свободы (143 и 113 места, «Wall Street Journal”)280, выше коррупция (146 и 75 места, Transparency International) и размеры теневой экономики (109 и 85 места, World Bank)281. Зато близки рейтинги странового риска – Россия – 52, Бразилия – 42 (Euromoney)282. Сопоставимы финансовые рынки. Обороты биржевых рынков акций у России – 449 млрд.долл., у Бразилии – 626 млрд. долл. (World Federation of Exchanges, 2009). В России ниже финансовая глубина экономики. Финансовая система более разбалансирована (анализ см. в части I).
В 2000-е гг. Бразилия стала, как и Россия, экспортно-ориентированной страной, сводя торговый баланс с неизменным профицитом. Портфельные инвесторы часто рассматривают Бразилию и Россию как страны – субституты на международных рынках. В 1995 – 2000 гг. корреляция рынков акций этих стран была огромной (выше 0,9, в моменты кризисов – выше 0,95). Август 1998 г. немедленно вызвал ликвидацию портфельных инвестиций на рынке Бразилии, превращение их в доллары. Масштабное бегство капитала привело к острому кризису (крах рынка акций, девальвация национальной валюты, обесценение бразильских облигаций – вслед за российскими, падение золотовалютных резервов). Один из вероятных каналов связи — германские банки, которые вслед за потерями в России закрыли позиции в Бразилии, восстанавливая ликвидность.

Более 100 лет Бразилия оставалась рыночной экономикой, пытающейся соединить крупную собственность, социальный протекционизм, полуоткрытое, с сильным влиянием государства хозяйство, ориентацию на Запад и собственные геополитические устремления. В 1930-е гг. Бразилия и Россия одновременно прошли индустриализацию. В 1980-е гг. жизнь Бразилии была подчинена суперпроектам, схожим с советскими (гигантские предприятия, стратегические вооружения, космос и атом, трансконтинентальная транспортная инфраструктура). Пятилетние планы. Экономика Бразилии была огосударствлена (в 1981 г. 50% чистых активов составляли государственные предприятия, 58% кредитного портфеля формировалось банками с государственным участием). Была широко развита функция государственного планирования и контроля производства, цен, финансового оборота.283 Между Россией и Бразилией – «парадоксальная схожесть».284
Бразилия – модель для прогноза финансовой жизни России, испытывающей вкус к латиноамериканизации.
Военные перевороты 1930 и 1964 гг., приход к власти левых сил в 1961-64 и 2002 гг., череда президентов, не закончивших своего срока, циклическое движение между открытостью и национализмом, авторитарностью и демократией, социалистической идеей и рынком приводили с постоянством к вспышкам экономического роста, которые, в свою очередь, сменялись гиперинфляцией, финансовыми кризисами и денежными реформами. В 1967, 1986, 1993, 1994 гг. – деноминации валюты в 1-2,7 тысячи раз. Обремененность внешним долгом на рубеже 2000-х гг. (до 40% ВВП), выплаты в 30-60 млрд. долл. в год, зависимость от цен на экспорт (в 1997 – 2002 гг. мировые цены на кофе снизились почти в 4 раза, на сахар – в 1,5 раза) и международной финансовой помощи (летом 2002 г. – 30-миллиардный кредит МВФ, предупреждающий крах бразильского, а за ним и мирового финансового рынков).
С другой стороны, бразильское «экономическое чудо» конца 1960-х гг., умноженное на нарушения прав человека. Новое экономическое чудо 2000-х гг. в составе BRIC.
Так что впереди яркая жизнь, помноженная на природную суровость России к своим сынам и тягу к опасным социальным экспериментам. Активы и деньги российского населения испытают все тяготы походной жизни. Они станут всем в движении, превращаясь, как цель, в ничто. Охранение их – большое приключение. Дело повседневной жизни – защита их от эксцессий государства, от мифов, ставших экзистенциальными ловушками для России, от растраты их в бесконечной волатильности, неизбежной в деле выхода России – или Бразилии — на новые глобальные рубежи.
В будущие 5-10 лет финансовые рынки этих стран будут расти на пару, подчиняясь новому притоку средств на формирующиеся рынки и слаженной игре нерезидентов. К быстрому росту будут добавлены 1-2 новых кризиса (колебания мировых цен, политические риски, экономические неудачи властей, финансовые инфекции).

Экономическое чудо — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Экономическое чудо» (англ. Economic miracle) — образное наименование форсировано развивающейся экономики какой-либо страны или региона на протяжении некоторого времени.

После Второй мировой войны

После Второй мировой войны для восстановления экономики Западной Европы реализовывался «план Маршалла», который предусматривал активную экономическую помощь со стороны США.

С 1945 по 1948 годы в Японии проводилась планомерная кампания по дроблению и ликвидации военно-промышленных объединений. Шёл процесс по демилитаризации экономики Японии в целом. Аналогичная кампания проводилась и в отношении Германии.

Другие

  • Азиатские тигры — неофициальное название экономик Южной Кореи, Сингапура, Гонконга и Тайваня, демонстрировавшие очень высокие темпы экономического развития с начала 60-х до финансового кризиса 90-х годов XX века;
  • «Испанское чудо» — экономический бум в Испании с 1959 по 1973 г.;
  • «Массачусетское чудо» — экономика штата Массачусетс в США в 80-е гг. XX века, до этого отличавшегося высоким уровнем безработицы и слабым развитием индустрии;
  • Мексиканское экономическое чудо — период в истории Мексики с 1940 по 1970-е гг, когда в стране наблюдались высокие темпы экономического роста;
  • «Бразильское экономическое чудо» — с 1968 по 1973 г.;
  • Кельтский тигр — экономический термин, используемый для описания экономического роста Ирландии, первый этап которого проходил с 1990-х до 2001 года, второй этап наблюдался в 2003 году, третий пик — в 2008 году.
  • Индустриализация СССР — процесс форсированного наращивания промышленного потенциала СССР для сокращения отставания экономики от развитых капиталистических стран, осуществлявшийся с мая 1929 года по июнь 1941 года. Официальной задачей индустриализации было превращение СССР из преимущественно аграрной страны в ведущую индустриальную державу.

Литература

Ссылки


Страна будущего. Бразилия для любознательных

Страна будущего

Незадолго до своей трагической смерти в Рио-де-Жанейро в 1942 году Стефан Цвейг[86] опубликовал книгу «Бразилия — страна будущего». Прожив в Бразилии всего лишь несколько лет, он не мог не увидеть огромного потенциала этой гигантской страны. Поэтому своей книге он дал такое оптимистическое название.

Мне приходилось много путешествовать по необъятным бразильским просторам. И я не переставал удивляться природным богатствам страны, которой самой судьбой было предначертано стать процветающей державой, пользующейся авторитетом и уважением в мире. Наблюдая ее динамичное развитие за последние 40 лет, я отчетливо видел, что, несмотря на все трудности и противоречия, Бразилия быстро продвигается вперед, приноравливаясь к ритму передовых держав мира. У бразильских руководителей хватило ума для того, чтобы использовать в интересах экономического подъема страны индустриальный и технологический опыт ведущих западных государств. «Экономическое чудо» Бразилии 60–70-х годов стало возможным во многом благодаря активному привлечению в бразильскую экономику миллиардов долларов прямых иностранных инвестиций. Во второй половине 90-х годов иностранный капитал продолжал активно вторгаться в бразильскую экономику. Вместе с ним бразильцы получали современное оборудование и технологии. Без этого бразильские предприятия не смогли бы производить продукцию, способную конкурировать с товарами иностранного происхождения даже на своем собственном рынке.

— Бразилия преображается на глазах. Вот только какой ценой? — спросит бразильский патриот.

— Да, за это приходится платить определенную цену. Только за последнее десятилетие XX века в ее экономику было вложено свыше 60 млрд. долл. прямых инвестиций. А всего в Бразилии прямые иностранные инвестиции превышают 100 млрд. долл. Кроме этого, немалые средства страна получила в виде кредитов. Внешний долг превысил 240 млрд. долл. На его обслуживание ежегодно уходит около 10–15 млрд. долл. Это плата за развитие. На издержки бразильцы идут сознательно, ибо не видят иного пути, — ответит ему бразильский прагматик.

— Как прогресс, оплачиваемый такой ценой, сказывается на жизни простых людей? — спросил я экономиста Антонио Салеса.

— За последнюю четверть века жизнь шагнула далеко вперед. Конечно, проблем не убавилось. Но нельзя не видеть роста благосостояния значительной части населения. Особенно это заметно в наиболее развитых штатах — Сан-Паулу, где доходы в два раза превышают средний уровень по стране, Парана, Санта-Катарина, Риу-Гранди-ду-Сул. Это самые развитые части страны. В магазинах крупнейшего бразильского торгового центра «Ибирапуэра» в Сан-Паулу поражает разнообразие товаров, произведенных на предприятиях южных бразильских штатов. Разве можно было увидеть что-то похожее 30–40 лет назад?

— Но Бразилия — по преимуществу страна социальных контрастов, — возразил я ему. — Доля бедных (50% населения) в национальном доходе составляет лишь 13%, в то время как доля богатых (20% населения) — 70%.

— Это главная проблема. Но и здесь начинает просматриваться просвет на горизонте. В правящих кругах все больше появляется людей, думающих не только о собственном благополучии, но и о насущных проблемах государства, среди которых социальное неравенство — одна из самых наболевших. Решить ее можно путем более справедливого распределения национального дохода. Это и пытался делать в течение восьми лет президент Ф. Кардозу. Такой же линии придерживается и его преемник на посту главы государства Луис Инасиу Лула да Силва. Разумеется, радикально изменить ситуацию за короткий отрезок времени трудно. Сначала нужно создать предпосылки стабильного экономического развития, а уже потом перераспределять внутренний продукт.

— Бразилия — страна парадоксов. При огромном жилищном строительстве в Сан-Паулу, где жилые дома растут, как грибы после дождя, многие люди прозябают в трущобных кварталах и перенаселенных коммунальных квартирах. Из 17 млн. жителей Большого Сан-Паулу 1,9 млн. вынуждены жить в таких условиях. Стоимость квартир в хороших домах порой не по карману даже людям среднего достатка.

— Да, это так, — согласился со мной А. Салес. — В среднем квадратный метр жилья в таких домах стоит 1,5 тыс. долл. Это дорого, но если вы хорошо освоили правила бразильского «жейто», у вас не будет проблем с получением кредита для покупки квартиры.

Если взглянуть на Бразилию более масштабно, — завершил он наш разговор, — то по таким показателям, свидетельствующим о развитости страны, как наличие автомобилей собственного производства, авиаперевозки, потребление бумаги, плотность компьютерной сети, доступ в Интернет, поездки за границу с туристическими целями, Бразилия приближается к передовым странам. В пределах жизни одного поколения страна сделала впечатляющий рывок в своем развитии. ВВП вырос с 74 млрд. долл. в 1975 году до 804 млрд. долл. в 1997 году, то есть более чем в 10 раз. Не менее значителен рост этого показателя в расчете на душу населения — с 715 долл. до 5 тыс. долл.

Трудно было не согласиться с доводами экономиста А. Салеса. И действительно, вряд ли кто-нибудь будет оспаривать, что за 30 лет Бразилия достигла внушительных успехов. Благодаря этому в недалеком прошлом аграрная страна сумела войти в десятку государств с наиболее крупным ВВП. Но в то же время по ряду качественных показателей Бразилия существенно отстает от передовых западных стран. Валовой продукт в расчете на душу населения ставит ее на 46-е место в мире. По индексу человеческого развития (используется в ООН как показатель общественного благополучия) в 2000 году Бразилия находилась на 62-м месте среди 174 стран.

Иногда бразильцы задумываются над тем, какой будет Бразилия в XXI веке. Возможно, ей удастся завершить переход из отсталого «третьего мира» в процветающий «первый», не потерявшись где-то во «втором мире». Или может случиться так, что Бразилия, следуя примеру европейских стран, станет частью какого-нибудь интеграционного сообщества? Сейчас многие настолько увлеклись идеями глобализма и интеграции, что готовы присоединиться к любому благополучному сообществу государств, особенно если там можно припеваючи жить за чужой счет. Но для Бразилии такой вариант не подходит с любой точки зрения. Бразильцы полагают, что в глобализированный мир можно влиться как-то иначе, не теряя при этом суверенитета и национальной самобытности. Сами того не сознавая, они уже идут к этому глобализированному миру, с удовольствием поглощая гамбургеры в ресторанах «Макдоналдс», предпочитая кока-колу своей собственной гуаране, европейские и японские автомашины — своим бразильским. Благодаря нарастающей компьютеризации прочно вошли в «мировую паутину» и теперь им оттуда не выбраться. Они стараются одеваться по европейской моде, считают высшим шиком купить квартиру во Флориде, послать детей учиться во Францию или США. Их экономическое благополучие во многом зависит от притока иностранных инвестиций. Кто знает, может быть, Бразилию ждет какая-то особенная, пока неведомая самим бразильцам судьба?

Что может в свою очередь Бразилия привнести в этот быстро меняющийся мир? Своим кофе и своими футболистами она уже насытила страны разных континентов. В последние 100 лет ее развитие зависело от идей, опыта, инвестиций и технологии передовых стран мира. Бесценный вклад в продвижение страны по пути прогресса внесли иммигранты. Во многом благодаря их труду создавался промышленный потенциал Бразилии. Он уже начинает приносить плоды, которыми в недалеком будущем насладятся не только бразильцы, но и жители других стран. Интеграция в мировую экономику, вне всякого сомнения, ускоряет ее продвижение к процветанию без инфляции и нищеты, с сотовыми телефонами, доступными каждому бразильцу, Интернетом и другими новшествами современной жизни.

Как же представляют бразильцы свое ближайшее будущее? Результаты опроса общественного мнения показывают, что они оптимистически смотрят на перспективы развития своей страны. Большая часть участников опроса считает, что Бразилия станет сверхдержавой в ближайшем будущем. Для этого страна нуждается в компетентном правительстве, способном решить прежде всего такие проблемы, как безработица, насилие и коррупция. Именно некомпетентность правительства и безработица рассматриваются большинством бразильцев как главные причины, помешавшие превращению страны в процветающую державу. Для 37% огромным тормозом в развитии страны является коррупция.

64% участников опроса считают Бразилию отличным или хорошим местом для проживания, а 59% верят, что в ближайшие годы возможностей для счастливой жизни станет еще больше. 87% признались, что испытывают чувство гордости за принадлежность к бразильской нации. Придерживаясь оптимистического взгляда на будущее своей родины, многие бразильцы в то же время считают, что в прошлом у Бразилии было больше неудач, чем успехов. Отвечая на вопрос: «Какая страна должна служить моделью будущей Бразилии?», 35% участников опроса назвали США, 17% — Японию, 5% — Португалию, 4% — Канаду. В этих странах бразильцев привлекает то, что они относятся к «первому миру», имеют много рабочих мест, высокую оплату труда, качественное образование и здравоохранение. В общем, люди достаточно ясно обозначили приоритеты экономического и общественного развития на ближайшее будущее. И хочется верить, что оно будет значительно лучше, чем далеко не самое счастливое прошлое и вызывающее порой грустные чувства настоящее.

Китайское экономическое чудо: объясняем в графиках и цифрах

  • Вирджиния Харрисон, Даниель Палумбо
  • Би-би-си

Автор фото, Getty Images

1 октября в Китае отмечают 70-летний юбилей создания Китайской народной республики. Би-би-си объясняет, как за это время КНР превратилась из бедной аграрной страны в экономическую сверхдержаву.

«Китай был очень бедной страной, когда Коммунистическая партия пришла к власти, — говорит Крис Люн, главный экономист по Китаю гонконгского банка DBS. — У страны не было ни торговых партнеров, ни дипломатических контактов. Она могла рассчитывать только на себя.

В течение последних 40 лет Китай провел серию рыночных реформ, которые открыли страну для торговли и иностранных инвестиций, вытащив из бедности сотни миллионов человек.

В 1950-е произошла одна из крупнейших гуманитарных катастроф XX века. Политика «Большого скачка вперед» была попыткой председателя КНР Мао Цзедуна быстро индустриализировать экономику Китая.

Она провалилась, и одним из последствий этого провала стал голод 1959-1961 годов, унесший жизни от 10 до 40 миллионов китайцев.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

В середине XX века Китай был бедной аграрной страной

За этим последовала «Культурная революция» 1960-х — устроенная Мао чистка рядов Коммунистической партии Китая от оппонентов. Она привела не только к репрессиям членов компартии, но и уничтожению интеллигенции и необратимым последствиям для китайского общества.

«Мастерская мира»

После смерти Мао фактическим руководителем страны стал Дэн Сяопин. Он инициировал реформы, которые в корне изменили экономику Китая.

Крестьянам было разрешено работать на себя, а не только на коммуны. Китай стал открываться для иностранных инвестиций.

В 1979 году были восстановлены дипломатические отношения с США. Американские компании активно вкладывались в китайскую экономику, привлеченные дешевой рабочей силой и низкими издержками.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

В 1970-е Китай стал открываться миру

За этим последовало «возможно, самое невероятное экономическое чудо» в мировой истории, считает Дэвид Манн, главный экономист британского банка Standard Chartered.

С середины 1990-х китайская экономика начала бурно расти благодаря двум событиям: присоединению Гонконга и вступлению во Всемирную торговую организацию.

Гонконг перешел от Британии Китаю, но сохранил демократические свободы, независимый суд, собственную финансовую систему и регулирование. Именно благодаря им Гонконг — абсолютный лидер в рейтинге экономической свободы, тогда как континентальный Китай с его коммунистическим бизнес-климатом занимает 100-е место.

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

Гонконг борется против усиления влияния Китая

Через Гонконг хлынул капитал со всего мира. Он обеспечивает Китаю более 70% прямых иностранных инвестиций, благодаря которым растет экономика и богатеет страна. И через него же проходит почти 60% китайских внешних прямых инвестиций, что позволяет Пекину расширять рынки, наращивать торговлю и укреплять влияние в мире.

С другой стороны, присоединение к ВТО в 2001 году открыло Китаю новые горизонты. Тарифы и ограничения на торговлю с другими странами снижались, и вскоре китайские товары продавались по всему миру.

Он стал «мастерской мира», по определению Манна из Standard Chartered.

В 1978 году Китай экспортировал товаров на 10 миллиардов долларов США. Уже в 1985-м этот показатель составлял 25 миллиардов долларов.

Сейчас общий объем внешнего экспорта достигает 4,3 триллиона долларов, а Китай является крупнейшим экспортером в мире.

Снижение уровня бедности

Экономические реформы изменили судьбы сотен миллионов китайцев. По данным Всемирного банка, больше 850 миллионов человек были избавлены от нищеты.

К 2020 году Китай может ликвидировать абсолютную нищету. Параллельно в стране быстро растет уровень охвата образования.

По прогнозам Standard Chartered, к 2030 году около 27% работающих китайцев будут иметь высшее образование — это показатель сегодняшней Германии.

Рост неравенства

Экономический рост сам по себе не обеспечивает равное распределение богатства среди миллиардного населения Китая.

Жизнь богатых китайцев и растущего среднего класса все больше отличается от сельского населения, часто живущего за чертой бедности.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Хотя Китай борется с проблемой бедности, уровень неравенства растет

По словам Манна из Standard Chartered, китайская экономика развивается неравномерно.

По подсчетам Всемирного банка, доходы на душу населения в Китае остаются на уровне развивающихся стран и составляют меньше четверти аналогичных показателей в развитых экономиках.

Средний годовой доход в Китае составляет 10 тысяч долларов, по данным DBS. В США — 62 тысячи долларов.

Снижение роста

С недавних пор темпы экономического роста начали падать.

Китайская экономика сильно зависит от экспорта и потребления. Оба показателя в последнее время растут медленнее, чем прежде, в том числе из-за торговой войны с США.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

США ввели высокие пошлины на китайский текстиль

Но даже при падении роста до 5-6% ежегодно Китай останется одним из двигателей мирового экономического развития.

Даже при таких темпах на Китай будет приходиться 35% мирового роста — рекордный показатель для одной страны, по прогнозам Манна. Это втрое больше вклада США.

Новые рубежи

С недавних пор Китай расширяет экономическое присутствие в мире через масштабный инфраструктурный проект «Один пояс и один путь».

Новые дороги, порты и транспортные узлы должны лечь в основу «Нового Шелкового пути», который объединит половину населения планеты, или 1/5 мирового ВВП.

Политика импортозамещения в Бразилии и бразильское экономическое «чудо» начала 1970-х гг

Бразильское экономическое «чудо» (начало 1970-х гг.), напротив, связывают с реструктуризацией государственного сектора экономики. Первым шагом таких экономических реформ стала приватизация всех неэффективных предприятий (государственные компании остались контролировать производство электроэнергии, металлургию, сектор добычи, переработки и экспорта нефти). Средства от приватизации были использованы для модернизации промышленности и интенсивного развития собственного производства: полупроводников, программного обеспечения и медикаментов.

Через 10 — 15 лет реализации такой политики импортозамещения в Бразилии за счет собственного производства обеспечивалось более 80% внутреннего спроса на продукцию авиастроения и обрабатывающей промышленность, а также около 90% — на продовольственные товары. Кроме того, политика импортозамещения в стране была изначально нацелена не столько на ограничение импорта, сколько на стимулирование экспорта. Национальная программа гарантировала производителям-экспортерам частичный возврат налогов, к тому же был создан государственный фонд для финансирования экспортных операций, средствами которого могли воспользоваться эти производители.

Уже в период с 1968 по 1975 г. Бразилия перешла к экспорту автомобилей, тракторов, теле-, радиоаппаратуры, двигателей, станков, энергетического оборудования, хотя 2/3 экспорта все еще составляли продукция сельского хозяйства и сырье (нефть, металлы). В стране развивались конкурентоспособные обрабатывающие производства (авиационное, кораблестроение, машиностроение), хотя так и не было создано достаточного количества конкурентоспособных технологий.

Источник: Татаркин А., Макарова И., Рудаков Р. Уроки зарубежного опыта импортозамещения // Экономист, № 5, Май 2016, C. 14-29 Негативные явления в экономике России Импортозамещение и голландская болезнь Экспорт и импорт СССР в 1926 — 1936 гг. Банк России и шоковая девальвация в декабре 2014 года Cтратегия импортозамещения в США в 80-х Политика импортозамещения в Японии в 70-х Политика импортозамещения в Южной Корее Динамика основных экономических показатели России и россййского АПК К вопросу об импортозамещении в сельском хозяйстве

Continue Reading

Бразилия – погрязшие в коррупции

Бразилия в основном известна своим быстрым развитием – это экономическое чудо, которое очень быстро догоняет мировых лидеров из-за стоимости нефти. Страна выучила правила мировой торговли, но не стандарты этического бизнеса. Что такое сообщения о нарушениях, что такое горячая линия для сообщений, какие права есть у информаторов –бразильцы узнали об этом только в 2018 году.

В чем дело

Сложно внедрить систему информирования о нарушениях, когда речь идет о миллиардах долларов. Установлено, что крупнейшие мировые компании, такие как OAS, Odebracht, Petrobras, занимаются взяточничеством, и расследования все еще продолжаются. Поскольку правительство напрямую вовлечено в жизнь компаний (владея более 50% акций Petrobras), мы видим, что работа системы информирования не будет на руку никому.

В Бразилии расцветают все формы коррупции, но взятки и мошенничество занимают первое место. Многонациональные корпорации работают в тесном сотрудничестве с местными компаниями для получения финансовой выгоды и нарушения закона.

Мы слабые, но мы существуем

Хотя все факты против Бразилии, все не так печально. Как и во многих других странах, в Бразилии есть законы, защищающие основные права человека. Информатора можно считать свидетелем преступления и ссылаться хотя бы на эту возможность. Несколько законов 1990, 1992 и 2013 годов составляют общую основу защиты осведомителей в Бразилии: с низким баллом для государственного сектора и даже ниже для частного, бразильский закон нельзя назвать всеобъемлющим.

Закон от 2018 года разрешил телефонные линии для осведомителей; вполне вероятно, что в него будут внесены положительные поправки с требованием конфиденциальности и защиты от мести. Кроме того, все общественные структуры будут обязаны устанавливать каналы оповещения для информаторов и обеспечивать их конфиденциальность.

Проблемы в процессе

В настоящее время возмездие является самой большой проблемой в Бразилии для осведомителя: он рискует быть уволенным без объяснений и компенсаций. Как скоро информаторы получат права, которыми обладает большинство граждан ЕС — никто не знает.

Большой проблемой является также анонимность; конфиденциальность была объявлена в последнем законопроекте, в то время как анонимные сообщения противоречат Конституции Бразилии. Страх возмездия и существующие примеры уволенных осведомителей требуют более сложного подхода от правительства.

Бразилия известна своим Законом о чистых компаниях, который является одним из самых жестких антикоррупционных законов.

Он поощряет компании создавать свои комплаенс-программы и строго запрещает все виды коррупции. Как и все хорошие инициативы, это помогло улучшить ситуацию, но не существенно: как государственный, так и частный сектор страдают от несанкционированных сделок.

Стоит ли сообщать о нарушениях?

Возможные риски в настоящее время преобладают над этическими концепциями и индивидуальной или общей выгодой. Было положено начало более прозрачной политике, но последние скандалы в Бразилии (такие как операция «Автомойка», пожары в амазонских лесах) показывают, что новые законы не улучшают ситуацию с давней традицией взяточничества.

Отсутствие защиты оказывает давление на частных лиц и приватный сектор — нет возможности для справедливой торговли и этических решений. Инициатива по информированию о правонарушениях может быть наказуема: такие люди, как Хосе Исраэль Масьеро Филью, известный тем, что сообщл о нарушениях в Philips, попадают в черный список в Бразилии.

Экономическое «чудо» | Бразилия: пять веков перемен

Один из главных проектов экономического роста в Бразилии в 1970-х годах, Трансамазонское шоссе предназначалось для соединения северо-восточного региона страны, страдающего от засухи и в целом менее развитого, чем юг, с незаселенными землями в тропических лесах Амазонки, где жители северо-востока мог уладить. Однако из-за высокой стоимости проекта и экономического спада к концу десятилетия к концу 1970-х годов была заасфальтирована только часть шоссе.Это косвенно способствовало вырубке лесов в Амазонке, что облегчило транспортировку пиломатериалов. От пользователя Harmir74, любезно предоставлено Wikimedia Commons.

Крайне опасное экономическое положение Бразилии в 1964 году потребовало от военных пересмотреть кредитные соглашения и незамедлительно привлечь финансовую поддержку со стороны иностранных организаций, в частности Соединенных Штатов и Международного валютного фонда. Такие программы, как «Альянс за прогресс», который оказывал помощь странам, которые могли помочь Соединенным Штатам в борьбе с распространением коммунизма, определял внешнюю политику западного блока, и поэтому вооруженным силам необходимо было заявить о своей приверженности демократическим процессам и преуменьшить обвинения в авторитарном поведении в стране. чтобы получить экономическую и политическую поддержку на Западе.Даже после того, как внесудебные институциональные акты постепенно ослабили бразильскую демократию, военные отказались отказаться от заявлений о том, что они поддерживают демократическое управление.

Говоря об экономике, внимание военных к их предпочтению свободному рынку и их пренебрежение государственным вмешательством помогли полюбить режим частному капиталу и убедили западные страны в антикоммунистической репутации генералов, даже несмотря на то, что военная политика неизменно уменьшить участие государства в экономике.В течение 1970-х годов военное правительство занималось крупномасштабными проектами развития.

График демонстрирует устойчивый рост как валового национального продукта, так и инвестиций в промышленность в начале 1970-х годов с последующим постепенным, а затем резким спадом в следующем десятилетии. От Revista Brasileira de Economia.

Первым делом для нового режима была диверсификация бразильского экспорта, поощрение иностранных инвестиций и введение налоговых льгот и девальвации валюты для поощрения внешней торговли. В то же время военное правительство начало настаивать на повышении сбора налогов, что привело к заметному увеличению налоговых поступлений как части валового внутреннего продукта страны. Растущий дисбаланс в торговле — в период с 1970 по 1973 год экспорт рос на 14,7 процента в год, а импорт — на 21 процент — был временно покрыт постоянным притоком капитала, инвестициями от иностранных правительств и частных компаний.

Собственный капитал в экономическом росте

Как видно из этого графика, в первое десятилетие диктатуры большая часть богатства была сосредоточена в высших 5 процентах населения, при этом почти половина страны имела доступ к менее чем 10 процентам ее ресурсов.Данные Вернера Бэра, Бразильская экономика 78.

План индустриализации и экономического роста президента Жуселину Кубичека в 1950-х годах был сосредоточен на производстве и, предположительно, спроса на потребительские товары длительного пользования — автомобили, холодильники, кондиционеры и другие относительно дорогие товары для дома. Спрос на эти товары, который когда-либо присутствовал только у небольшой части населения, в 1960-х годах сократился, и, по оценке военного режима, самым быстрым способом стимулирования экономики было создание спроса на потребительские товары длительного пользования.

Это означало, что государственный контроль над потреблением в первые годы переворота был сосредоточен на повышении покупательной способности тех, кто мог бы покупать такие товары длительного пользования, или примерно 10 процентов населения. Это было неудивительно, поскольку любая другая стратегия — все, что увеличивало доступ к капиталу среди низших классов — могла вызвать обвинения в коммунизме и подорвать тщательно созданный имидж военного правительства как защитника свободного рынка.

Низшие классы страдали не только от стимулов к росту.В рамках строгой антиинфляционной политики, проводимой в соответствии со стандартами МВФ, правительство Каштелу-Бранко серьезно ограничило промышленные инвестиции и позволило снизить реальную заработную плату, особенно среди рабочих.

Хотя режим заслужил похвалу за благоприятное экономическое наследие, оставленное его участием — снижение инфляции и улучшение платежного баланса с торговыми партнерами — факт оставался фактом: огромные слои населения не ощущали преимуществ этих «реформ» и фактически страдала неравномерным ростом.Экономисты Лэнс Тейлор и Эдмар Баха назвали экономику после попыток стабилизации 1960-х годов «Белиндией» — Бельгией в Индии. Бразилия теперь занимает верхний уровень: 20 процентов населения или примерно 22 миллиона человек имеют относительно высокий доход на душу населения, в то время как остальные, 85 миллионов человек, живут на уровне прожиточного минимума или ниже него.

Проект Итайпу и международное восприятие роста

Вид на плотину Итайпу из Параны, Бразилия.Любезно предоставлено Wikimedia Commons.

Несмотря на устойчивое и широко распространенное неравенство, к 1970-м годам Бразилия воспринималась на международном уровне как страна с быстро развивающейся экономикой и огромным влиянием на своих соседей. Это иностранное восприятие очевидно в освещении в средствах массовой информации Соединенных Штатов во время строительства Итайпу Бинасиональ, в настоящее время крупнейшей гидроэлектростанции в мире с точки зрения производства энергии.

Быстро расширяясь и увеличивая свою технологическую инфраструктуру к 1970-м годам, Бразилия столкнулась с серьезной нехваткой электроэнергии и зависимостью от иностранных нефтепродуктов, которые в то время составляли большую часть ее импорта.Нефтяной шок 1973 года, когда мировая цена на нефть выросла в четыре раза, еще более обострил потребность Бразилии в добыче нефти внутри страны.

Стремясь максимально использовать свои внутренние ресурсы, Бразилия обратилась к реке Парана. Эта река, однако, находилась на границе с Парагваем и была территорией региональных споров между двумя странами с 1800-х годов; гидроэнергетический потенциал региона не будет использоваться без конфликта или сотрудничества между ними. Договор Итайпу 1966 года ознаменовал собой первые шаги, предпринятые Бразилией и Парагваем для строительства того, что сейчас признано одним из семи чудес современного мира, Итайпу бинасиональ.

Взгляды из-за границы на соглашение между двумя народами сильно разошлись. В целом источники в Соединенных Штатах представили стремление Бразилии к росту как угрозу для остального континента, поддерживая Парагвай как аутсайдера:

Со всеми этими огромными преимуществами объявление Итайпу вызвало волну надежд и спекуляций в этом регионе.

Но это также вызвало… грохот недовольства в Парагвае, где многие люди говорят, что их стране следовало заключить гораздо более выгодную сделку в рамках бразильско-парагвайского предприятия.

Действуя быстро и решительно, Бразилия опровергла все возражения и сомнения.

У этой страны мало времени и альтернативы Итайпу нет, считают правительственные эксперты. Они объясняют, что через несколько лет южно-центральная часть страны, включая Сан-Паулу, крупнейший промышленный комплекс в Латинской Америке и самый быстрорастущий город в мире, будет отчаянно испытывать нехватку электроэнергии. Только Итайпу может предоставить его в необходимом масштабе (Greenwood, 1).

Бразилия, которая профинансировала почти весь проект, также была его основным бенефициаром — в то время как Парагвай имел законное право на 50 процентов электроэнергии, производимой плотиной, небольшая страна не имела почти достаточно потребителей или промышленности, чтобы использовать всю свою долю.Согласно договору, согласованному в 1973 году, колебания мировых цен на нефть в том же году вынудили Бразилию увеличивать внутреннее производство, поскольку эта страна имела первоочередной приоритет при покупке избыточной мощности Парагвая.

Пересмотр в будущем

Рост бразильской экономики продолжался до 1970-х годов, и только после серьезного падения ВВП страны в 1980-х годах многие экономисты пересмотрели тактику, используемую режимом для достижения такого роста.Высокий уровень частных инвестиций; инфраструктурные разработки, самым крупным и известным из которых была плотина Итайпу; и отсутствие серьезных потрясений в экономике сделало семидесятые годы поистине чудесным временем, прежде чем последующие кризисы поставили этот образ под сомнение.

Однако то, что никогда не вызывало сомнений — если это также никогда не было очевидным, поскольку затрагивало тех, кто не входит в сферу представительства, — это влияние такого роста на 80 процентов наемных работников с низкими доходами. В частности, сельская беднота, оторванная от центров политической власти и происходящих инфраструктурных изменений, по-прежнему страдает от неграмотности и проблем со здоровьем, имея мало экономических или политических средств воздействия на изменения.

Во время своего режима военный дискурс тщательно манипулировал глобальной напряженностью и «коммунистической угрозой», чтобы расположить к себе западные правительства, финансовые институты и частный капитал и занять стратегическое положение в западном блоке. В риторике внутренней политики военная «контрреволюция» сопоставлялась с возможностью коммунистической революции, которая установит тоталитарный режим в Бразилии. Экономическое чудо, хотя и было основано на высокой степени государственного вмешательства и хотя в конечном итоге не произвело перманентной революции в экономике, усилило этот образ победы свободного рынка над коммунизмом и анархией.

Дополнительная литература

  • В книге Вернера Бэра «Индустриализация и экономическое развитие в Бразилии» рассматривается период, который дал начало многим оправданиям экономической политики диктатурой, — 1947–1961 годы. Он сосредоточен на промышленном развитии и его роли в быстром росте экономики.

Источники

  • Баер, Вернер. Бразильская экономика: рост и развитие . Боулдер, штат Колорадо.и Лондон: Lynne Riener Publishers, 2008.
  • Скидмор, Томас. Политика военного правления в Бразилии, 1964–85 . Оксфорд: Oxford University Press, 1988.
  • Гринвуд, Леонард. «Плотина Итайпу в Бразилии может открыть новый образ жизни для Южной Америки». Los Angeles Times, , 30 августа 1973 г.
  • Тейлор, Лэнс и Эдмар Л. Бача. «Спираль неравенства: первая модель роста Белиндии». Ежеквартальный журнал экономики 90: 2 (май 1976 г.).

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ «ЧУДО БРАЗИЛИИ» И ЕГО КРАХ

«Вы не хотите быть слишком суровыми, — сказал здесь высокопоставленный западный дипломат о технократах. «Они делали то, чего никогда раньше не делали. Но они пошли на азартные игры в области энергетики, добычи полезных ископаемых и внутреннего развития, что потребовало больших денежных сумм и долгих периодов окупаемости. Многие из этих проектов все еще отнимают деньги ».

Реакция на нефтяной шок 1979 года

Некоторые видные бразильцы, которые видят гораздо больше выгод, чем потерь в программах технократов, тем не менее, ссылаются на одну важную ошибку — реакцию технократов на вторую нефтяной шок 1979 года — из-за тяжелого экономического положения страны.

«Тогда было три варианта, — сказал Роберто Кампос, бывший посол в США и Великобритании и член правительственной социал-демократической партии в сенате Бразилии.

Бразилия могла просто согласиться с рецессией, как это сделали промышленно развитые страны, сказал он. Он мог бы согласиться с сокращением роста, как и развивающиеся страны Азии, в том числе Тайвань и Южная Корея. «Это был разумный вариант», — прокомментировал г-н Кампос. Вместо этого, по его словам, Бразилия, как Мексика и Венесуэла, стремилась подавить импорт и пыталась менее агрессивно продвигать экспорт.

«Надо было поменять местами»

«Бразилия, — добавил он, — финансировала его корректировку, а не корректировку. В то время это не было иррациональным. Вы все еще можете получать хорошие процентные ставки. Наша ошибка заключалась в том, что мы придерживались этого варианта, когда стало очевидно, что он неверен. Надо было переключить передачи ».

Даже внутри правительства технократы сейчас находятся под огнем. Один из немногих популярных министров Хелио Бельтрао ушел в отставку в ноябре. Министр социального обеспечения и человек, отвечающий за «дебюрократизацию», успешную программу по сокращению бумажной работы, требуемой от граждан страны, г-н.Бельтрао сослался на сокращение своего социального бюджета в связи со своей отставкой.

В публичных комментариях несколькими неделями ранее г-н Бельтрао описал технократов как людей с «видением воображаемой страны, которая совсем не наша». Он сказал, что в них «преобладали увлекательные упражнения абстрактного планирования. оптической иллюзией централизованных решений и макроэкономических теорий, восхищением важными и сложными решениями, несовместимыми с нашей реальностью и реальностью наших скромных стандартов и доходов наших людей.’

Бразилия, экономическое чудо (1968–1974) | Encyclopedia.com

Экономическое чудо (1968–1974) было периодом процветания, который был отмечен высокими ежегодными темпами экономического роста, увеличением числа государственных и частных проектов развития, а также увеличением объема и разнообразия экспорта . Чудо стало результатом экономической политики, принятой военными лидерами после переворота 1964 года против Жоао Гуларта. Эта политика была разработана для поддержки бизнеса и поощрения иностранных и внутренних инвестиций.В первые несколько лет после переворота экономика находилась в состоянии стагнации, но, начиная с 1968 года, она резко улучшилась и продолжала расти в течение следующих шести лет. В период с 1968 по 1974 год годовой реальный валовой внутренний продукт вырос в среднем на 11 процентов по сравнению со средним показателем 3,7 процента в предшествующие пять лет.

Промышленный сектор рос в среднем на 12,6 процента в год, так как базовые отрасли существенно увеличили производство. Производство стали выросло с 2,8 миллиона тонн в 1964 году до 9.2 миллиона тонн в 1976 году, а производство легковых автомобилей выросло с 184 000 автомобилей в 1964 году до 986 ​​000 в 1976 году. Увеличение производственных мощностей помогло диверсифицировать экспорт. На кофе приходилось 42 процента экспорта в середине 1960-х годов, но только 12,6 процента в 1974 году; производство подскочило с 7,2 процента экспорта до 27,7 процента. Чтобы создать и сохранить этот рост, военные режимы резко увеличили расходы на проекты развития и улучшили условия для бизнеса. Когда президент Артур да Кошта-э-Силва закрыл Национальный конгресс в декабре 1968 года, он пересмотрел налоговую политику, чтобы уменьшить предусмотренную конституцией сумму налоговых поступлений, которую национальное правительство делит со штатами, с 20 до 12 процентов. Этот сдвиг позволил правительству предпринять масштабные проекты экономического развития, такие как Трансамазонское шоссе. Помимо перераспределения ресурсов на проекты развития, военные поддерживали относительно низкие налоговые ставки и сдерживали расходы на рабочую силу, подавляя забастовки и беспорядки среди рабочих. В результате иностранные инвесторы вложили большие суммы капитала.

Экономический бум помог сформировать общественную поддержку военного правления и оправдать это правило перед критиками за рубежом. Хотя федеральные расходы и иностранный капитал способствовали дальнейшему развитию промышленной инфраструктуры Бразилии, «экономическое чудо» не помогло решить некоторые основные проблемы.Богатство распределялось неравномерно: только 20 процентов населения владели 63 процентами богатства страны. Увеличивая федеральные расходы и манипулируя финансовой системой, военные режимы создали условия для последовавшей инфляции. Более того, чрезмерная зависимость от иностранного капитала привела к огромному внешнему долгу 1980-х годов.

См. Также Экономическое развитие .

БИБЛИОГРАФИЯ

Томас Скидмор, Политика военного правления в Бразилии (1988).

Вернер Баер, The Brazilian Economy (1989).

Дополнительная библиография

Чафи, Уилбер А. Desenvolvimento: Политика и экономика в Бразилии . Боулдер: L. Rienner Publishers, 1998.

Коуз, Дональд В. Макроэкономические кризисы, политика и рост в Бразилии, 1964–90 . Вашингтон, округ Колумбия: Всемирный банк, 1995.

Oliveira, Fabrício Augusto de. Autoritarismo e crise fiscal no Brasil, 1964–1984 .Сан-Паулу: Editora Hucitec, 1995.

Смит, Джозеф и Франсиско Луис Тейшейра Винхоса. История Бразилии, 1500–2000: политика, экономика, общество, дипломатия . Нью-Йорк: Longman, 2002.

Росс Уилкинсон

Экономическая модель Бразилии в период военной диктатуры

Содержание

1. Введение

2. Период реформ

3. Взлет и падение экономического чуда
3.1 Экономическое чудо
3.2 Инвестиции в крупные проекты

4. Мировой экономический кризис
4.2 Нефтяные кризисы
4.3 Социальные кризисы
4.4 Поиск решений
4.5 Конец экономического чуда — конец военной диктатуры?

5. Затерянное десятилетие

6. Назад к демократии

7. Заключение

Библиография

1. Введение

Давно обсуждаемые планы военных лишить власти президента Бразилии Жоау Гуларта были наконец реализованы 1 апреля 1964 года.Военные обосновали этот шаг аргументацией, что Гуларт был популистом. Его политика была отмечена гиперинфляцией и поляризацией между правым и левым крылом. [1] Государственный переворот был также необходим для борьбы с главным врагом: коммунизмом. [2] Военные диктаторы считали себя гарантами морального, политического и экономического восстановления Бразилии [3] и, кроме того, элитарным руководством, которое связывало военные ценности с твердой верой в прогресс. В последующий 21 год они сформировали новое поколение зависимых от режима технократов и бюрократов. Предпосылки для этой прогрессивной концепции лежали в области национальной безопасности, устранения политической оппозиции и коммунистических заговоров. Бразилия нашла надежного союзника против «коммунистической угрозы» в США. 11 апреля 1964 года Умберто де Аленкар Каштелу Бранку был избран первым президентом военной диктатуры, продержавшейся до 1985 года. [4]

Предполагается, что эта статья представляет собой обзор экономической модели, которой придерживались военные во время своей диктатуры.Среди прочего, он покажет взлет и падение этой модели и последствия для населения.

2. Период реформ

В рамках новой экономической модели правительство стремилось стать современной промышленно развитой страной и сверхдержавой, если это необходимо против воли народа. [5] 13 августа 1964 года министр экономики Роберто де Оливейра Кампос представил основные пункты нового экономического плана Бразилии:

— Существенное увеличение выработки электроэнергии
— Прирост инвестиций
— Щедрая программа дорожного строительства (15 850 км за 5 лет)
— Расширение производства в сельском хозяйстве и животноводстве для улучшения снабжения продовольствием (удвоение производства в последнее время до 1970 года)
— Содействие промышленному росту за счет увеличения производства чугуна и стали, расширения химической и нефтехимической промышленности, снабжения текстильной промышленности новым оборудованием
— Лучшее распределение национального дохода
— Годовой прирост 7%. [6]

Чтобы реализовать эти планы, военная диктатура коренным образом изменила Конституцию Бразилии. Внесение обширных дополнительных поправок в Конституцию послужило правительству для самлегитимации и власти, необходимой для восстановления страны. Основные личные права были отменены, мандаты съезда лишены, судьи и исполнительные органы были прекращены. Новые строгие измерения существенно повлияли на экономическую и политическую жизнь. Коллективные переговоры, забастовки и союзы были запрещены. [7] Таким образом, лидеры пообещали национальной сельскохозяйственной и финансовой буржуазии, а также иностранным инвесторам хороший инвестиционный климат. [8]

3. Взлет и падение экономической модели

3.1 Экономическое чудо

Во время пребывания на посту президента Артура да Коста э Силва экономическая модель, казалось, достигла успеха. Уровень инфляции находился под контролем. Больше иностранных компаний инвестировали в Бразилию, потому что они верили в стабильность правительства. В ответ на непрерывные гражданские волнения правительство стало политически репрессивным. В 1969 году новым президентом стал Эмилио Гаррастасу Медичи. [9]

Между 1967 и 1974 годами в Бразилии были одни из самых высоких темпов роста в мире. [10] В 1970 году темпы экономического роста выросли до 8,3%, в 1973 году даже достигли 14,0%. Увеличился импорт машин и товаров народного потребления. Сельскохозяйственные товары по-прежнему оставались основным экспортным товаром и были проданы на сумму более 6 миллиардов долларов.Процесс индустриализации шел быстро, и мир стал свидетелем так называемого «экономического чуда» или «milagre brasileiro», которое, с одной стороны, основывалось на тесном сотрудничестве государства, компаний и иностранных инвесторов в реализации крупномасштабных проектов. . С другой стороны, это было результатом сильного государственного вмешательства: зависимые государственные и частные компании поддерживались дешевыми долгосрочными кредитами, субсидиями и заказами государства. Особенно выиграли телекоммуникационный и сельскохозяйственный сектор, а также химическая, металлургическая и автомобильная промышленность. [11]

Только с помощью кредитов в иностранной валюте правительство смогло профинансировать эти высокие затраты. [12] Экономическая политика стала более экспансивной из-за крупных заказов, которые сразу же повысили темпы роста. Но одновременно государственный долг увеличился с 5,2 миллиарда долларов в 1970 году до 49,9 миллиарда долларов в 1979 году. Для международных банков кредитование было безрисковым, потому что государство гарантировало возврат, даже в случае ссуд, предоставленных частным компаниям. [13]

Метаморфоза в промышленно развитую и городскую страну произошла заметно. Миллионы переехали в город. [14] Более 500 производственных предприятий и 200 сервисных компаний работали с немецким капиталом, например VW, Siemens, Bayer, Mercedes и Allianz. Их стимулы: хорошие перспективы на будущее и быстрорастущий рынок, который был широко защищен от импорта. [15]

Во время правления Медичи имели место кровавые преследования политической оппозиции.Тысячи людей исчезли или подверглись пыткам. В то же время «экономическое чудо» достигло своего пика, что стало одной из причин, по которой бразильский народ принял политические репрессии. [16]

3,2 Инвестиции в крупные проекты

В 1972 году исследование показало, что нехватка сырья могла ограничить экономический рост. [17] С помощью иностранных займов военная диктатура реализовала огромные проекты, такие как плотина Итайпу, добыча железной руды в Карахасе или Трансамазоника. [18] Все больше и больше проектов было начато по эксплуатации природных ресурсов, чтобы остановить отсталость и отвлечь людей от необходимых социальных и сельскохозяйственных реформ. Самым крупным проектом было открытие региона Амазонки, которое принесло большинству людей небольшое улучшение и лишь пару новых богатств. [19]

Строительство Transamazônica, также называемого «Дорогой прогресса», и «Программа интеграции для Амазонии» стали одними из крупнейших в мире проектов. Поскольку в 1962 году ВВС США сделали спутниковые снимки из космоса, стало ясно, что в регионе Амазонки можно найти огромные природные ресурсы.

Но у правительства Бразилии было несколько причин для этого проекта:

— Станьте сверхдержавой
— Получайте выгоду от природных ресурсов, таких как золото, уголь, нефть
— Производство продуктов питания на плодородных почвах
— Новая жилая площадь для растущего числа людей (за 55 лет население утроилось)
— Сбалансировать региональный дисбаланс (население и промышленность располагались на побережье)
— Политическое давление: чтобы побороть социальное недовольство, правительству пришлось сделать символический жест и укрепить доверие общества к будущему.Более того, это должно остановить революционные движения.

Поселенцы и транснациональные компании пришли в Амазиону из-за стимулов, таких как налоговые льготы или дешевые ссуды, которые им предлагало правительство. Более 500 компаний инвестировали в область, особенно в сельское хозяйство и добычу полезных ископаемых. За 7 лет в зеленую пустыню было проложено 15 000 км дорог. Но предположение, что земля в этом регионе будет плодородной, было ошибочным. 80% были песчаными, и только земля вдоль рек была плодородной.Потребовались огромные затраты на удобрение. Уроженцы этого региона, индейцы и кабокло были перемещены. Позже вся программа поселения провалилась из-за сложных экономических и медицинских обстоятельств. [20]

4. Мировой экономический кризис

«Бразилия превратилась из развивающейся страны в индустриальное общество. Чудо в чуде: архитектором этого бума были военные. Забастовки не одобрялись, рабочая сила дешевая, природные ресурсы в изобилии, налоговые льготы высокие, а средний темп роста составляет 10%. [21] Хотя американский экономист Милтон Фридман в 1974 году все еще хвалил политику военной диктатуры, стало ясно, насколько высока цена этого успеха на самом деле, когда в конце правления Медичи экономическое чудо продемонстрировало первые симптомы усталости. . [22]

[…]


[1] Prutsch, U. (без даты, a), http://www.lateinamerika-studien.at/content/geschichtepolitik/brasilien/ Abrasilien-81.html (последнее обновление: 26.01. / 07)

[2] Без автора (без даты, а), http: // www.brasilianische-botschaft.de/land/c03_gesc.html

A (Последнее обновление: 26.01.07)

[3] Без автора (без даты, б), http://www.topicos.net/Geschichte.24.0.html (последнее обновление: 26.01.07)

[4] Prutsch, U. (без даты, a), http://www.lateinamerika-studien.at/content/geschichtepolitik/brasilien/ Abrasilien-81.html (последнее обновление: 26.01 / 07)

[5] Schirm, S. (1990), p. 75

[6] Holtz, U. (1981), стр. 151

[7] Без автора (без даты, b), http: // www.topicos.net/Geschichte.24.0.html (последнее обновление: 26.01.07)

[8] Kaller-Dietrich, M; Майер, Д. (без даты), http://www.lateinamerika-studien.at/content/geschichte Apolitik / geschichte / geschichte-185.html # top (последнее обновление: 26.01.07)

[9] Без автора (без даты, б), http://www.topicos.net/Geschichte.24.0.html (последнее обновление: 26.01.07)

[10] Там же.

[11] Prutsch, U. (без даты, b), http: //www.lateinamerika-studien.at / content / geschichtepolitik / brasilien / aabrasilien-84.html (последнее обновление: 26.01.07)

[12] Там же.

[13] Rocha, J. (2000), стр. 47

[14] Schoen, M .; Герцберг, В. (1990), стр. 24

[15] Holtz, U. (1981), стр. 221

[16] Пфиртер Д. (1990), стр. 94

[17] Без автора (без даты, c), http://www.uni-tuebingen.de/ffw/Downloads/Wirtschaftspolitik/ aalateinamerika.pdf (последнее обновление: 26.01.07)

[18] Без автора (без даты, а): http://www. brasilianische-botschaft.de/land/c03_gesc.html

aa (последнее обновление: 26.01.07)

[19] Schoen, M .; Герцберг, В. (1990), стр. 24

[20] Holtz, U. (1981), стр. 179

[21] Там же, стр. 229

[22] Пфиртер Д. (1990), стр. 94

WashingtonPost.com: Отчет по Бразилии

Обзор
Бразилия: история политических и экономических потрясений

Тим Ито
Вашингтонпост.com Персонал
Обновлено: январь 1999 г.

Бразилия заработала репутацию «чудо-экономики» в конце 1960-х годов, когда в стране наблюдались двузначные темпы роста, а военное правление обеспечивало относительную политическую стабильность. Политическое спокойствие позволило стране расширить свою промышленность, и люди массово переезжали из сельской местности в города в поисках работы. К началу 1980-х годов Бразилия стала одной из ведущих индустриальных стран с десятым по величине валовым национальным продуктом в мире.

Тем временем в политической сфере Бразилия начала возвращаться к демократии. С 1960-х годов Бразилией руководил военный режим, который ввел в действие серию так называемых «чрезвычайных полномочий», направленных на очищение от коррумпированных и подрывных элементов и на то, чтобы позволить отдельным руководителям править на основе указов. В 1978 году президент Эрнесто Гейзель начал отмену «чрезвычайного закона», начиная с закона о высылке лиц, обвиняемых в политических преступлениях. В следующем году Конгресс объявил всеобщую амнистию, восстановив политические права всем, кто потерял их с 1961 года.

Тем не менее, несмотря на прогресс, многие проблемы остались. Двузначная годовая инфляция 1970-х годов превратилась в трехзначную к 1980-м годам (и к 1994 году достигнет уровня 50 процентов при месячном уровне , равном ). Высокая инфляция 1980-х годов побудила Бразилию принять политику повышения процентных ставок, что замедлило экономические инвестиции и рост.

Как и другие страны Латинской Америки, Бразилия также пострадала от нефтяного кризиса конца 1970-х — начала 1980-х годов; его внешний долг резко вырос, а иностранные инвестиции и кредиты иссякли. В результате с 1980 по 1993 год валовой внутренний продукт Бразилии рос всего на 1,5 процента в год.

В дополнение к экономическим проблемам Бразилия начала еще один период политической нестабильности в 1990-х годах. Один серьезный удар: президент Фернандо Коллор де Мелло, избранный в декабре 1989 года на платформе экономического роста и модернизации, в середине 1992 года был вовлечен в скандал, связанный с торговлей влиянием, который привел к глубокому расколу республики.

Коллор подал в отставку до того, как его осудили по делу об импичменте, но ущерб был нанесен.Вице-президент Итамар Франко вступил на пост президента, унаследовав немного от президентского мандата на управление. Слабость правительства еще больше обострила экономические проблемы, связанные с застоем экономического роста и промышленного производства, а также снижением доходов бразильцев.

Однако, начиная с 1990-х годов, Бразилия действительно предприняла попытки провести серию экономических реформ. Важнейшим из них будет политика приватизации 1991 года, попытка перевести экономику из эпохи государственных монополий в систему свободного рынка.(В июле 1998 года Бразилия успешно продала контрольный пакет акций Telebras, огромной телефонной компании страны.)

В 1994 году, совпадая с избранием на пост президента Фернандо Энрике Кардозу (бывшего министра финансов), Бразилия также реализовала успешную стабилизационную программу Real Plan, названную в честь новой валюты, введенной в этом году. План, в котором излагалась жесткая денежно-кредитная политика и валютная привязка к доллару, помог стабилизировать инфляцию на уровне менее 70 процентов в год к следующему году.Это также помогло начать период беспрецедентных иностранных инвестиций и дало новоприобретенную покупательную способность страны.

Тем не менее, основные экономические проблемы остались. Девальвация валюты Таиланда в июле 1997 года, направленная на повышение конкурентоспособности экспорта этой страны, заставила зависимую от экспорта Бразилию сделать то же самое. Повышенное внимание к реальному доходу заставило иностранных инвесторов внимательнее присмотреться к обещанным, но еще не реализованным реформам Кардозу, включая спорный правительственный план жесткой экономии, предусматривающий повышение налогов и сокращение государственных расходов.

Иностранные деньги неуклонно уходили из страны, и это продолжалось до переизбрания Кардозу в октябре 1998 года. В ноябре Международный валютный фонд и администрация Клинтона объявили о плане помощи в укреплении слабого реального мира с помощью пакета помощи в размере 41,5 миллиарда долларов, призванного сдержать кризис. стал полномасштабным. Однако этот пакет, основанный на обещании Бразилии провести реформы пакета жесткой экономии Кардозу, только временно остановил кровотечение.

В январе 1999 года инвесторы, уязвленные огромными потерями на других развивающихся рынках, потеряли доверие к переоцененной валюте Бразилии и ушли.Бразилия больше не могла защищать свою валюту, используя долларовые резервы, чтобы поддерживать реал и позволять своей валюте свободно плавать. Настоящее резко упало.

20 января нижняя палата Конгресса одобрила значительную часть правительственного пакета мер жесткой экономии, направленного на сокращение 20 миллиардов долларов из огромного бюджетного дефицита страны. Голосование стало крупной победой в попытках президента Кардозу восстановить глобальное доверие к Бразилии. Однако долгосрочный эффект от плана еще предстоит увидеть.

© Copyright 1999 The Washington Post Company

Вернуться к началу

От свободы к прогрессу; Бразильская архитектура под экономическим чудом

18 декабря состоится лекция «Бразильская архитектура в условиях экономического чуда» со спикером Ванессой Гроссман. Эта лекция является частью цикла лекций в пятницу за обедом факультета архитектуры.

Лекция отойдет от моего следующего исследовательского пути, исследуя взаимосвязь между архитектурой и политической властью во время бразильского «чуда», всплеска экономического роста и быстрой урбанизации под властью военного правительства (1964–1985). Основываясь на методе тематического исследования, я ожидаю, что в этом исследовании будет рассмотрено, как строительная и городская практика, технологии и культура, управление и международные идеологии пересекались в течение одной из самых сложных и все еще табуированных глав в истории Латинской Америки, которая была решающей. узел в сетях холодной войны. В тематических исследованиях будет изучена судьба модернизма, а также городов, ландшафтов и природных ресурсов, путем изучения архитектурных, жилищных и инфраструктурных проектов под руководством диктатуры, движимых стратегией геополитических технологий.Эти предприятия вызвали земельную политику, которая имела важные последствия для социальной, расовой и экологической стабильности. Одна из моих отправных точек по теме / периоду — это статья, посвященная концепции мутирао. Начиная с 1960-х годов термин mutirão стал обозначать процессы самопомощи при строительстве жилья в бразильских городах, одновременно с этим он был преобразован в политику созданного военными Banco Nacional de Habitação.

Больше информации

Более подробную информацию о мероприятии можно найти здесь (pdf)

Вы можете присоединиться к лекции здесь через Zoom.
Идентификатор встречи: 940 4384 4619
Код доступа: = js35R

Урок для Австралии в экономическом чуде Бразилии, основанном на ресурсах

Бразилия только что обогнала Великобританию и стала шестой по величине экономикой в ​​мире. Всего десять лет назад такие новости были бы списаны как еще одна версия старой шутки: «Бразилия — это страна будущего, и так будет всегда».

Сегодня страна солнца, самбы и футбола бросает вызов предсказаниям глобального мрака.Поступают прямые иностранные инвестиции — 48,4 миллиарда долларов в 2010 году, что более чем вдвое превышает 23,4 миллиарда австралийских долларов, — а политика правительства по борьбе с бедностью помогает вывести миллионы людей из нищеты. Как это произошло?

Десять лет назад бразильский экономист Андре Лара Ресенде, один из авторов реального плана стабилизации экономики страны в 1994 году, выступил с пугающей презентацией в Оксфорде. Он описал экономическую задачу новоизбранного правительства президента Луиса Инасиу Лула да Силва как попытку спуститься вниз по лезвию ножа.Малейшая оплошность в политике или простое невезение потрясут Бразилию и поставят под угрозу еще одно десятилетие гиперинфляции и хронического банкротства.

Две вещи спасли Бразилию. Во-первых, Лула отвернулся от своей радикальной риторики в пользу прагматической экономической политики. Практически ничего не изменилось в экономических министерствах во время перехода от правого центристского президентства Фернандо Энрике Кардозу к левому режиму Лулы.

Вскоре после своего избрания Лула объявил, что его правительство будет работать с четверкой.25% от ВВП первичного бюджетного профицита, что на 1,25% больше, чем требуется в соответствии с действующим резервным соглашением МВФ. Когда в 2007 году профицит был фактически сокращен до 3,75%, это было сделано с помощью хитроумного сдвига в политике, направленного на рост, который МВФ примет и применит в других местах.

Сохранение высокого первичного профицита бюджета само по себе не привело бы к преобразованиям, если бы экономика Бразилии не ожила — событие, которое можно почти списать на глупую удачу. Правительство Бразилии не имело никакого отношения к резкому скачку цен на сельскохозяйственную продукцию и минеральное сырье в начале 21 века.Фактически, неудачи в реформировании налоговой системы и модернизации транспортной инфраструктуры почти не позволили Бразилии воспользоваться плодами товарного бума.

К тому времени, когда Лула приступил к своему второму президентскому сроку, открытие гигантских запасов нефти у побережья штатов Рио-де-Жанейро и Сан-Паулу подлило масла в ревущий двигатель Бразилии, и частные инвестиции начали устранять некоторые логистические затруднения. .

В этом отношении эта история не сильно отличается от опыта Австралии — разумное фискальное управление в сочетании с вызванным Китаем бумом ресурсов привели к резкому экономическому росту и росту благосостояния.

Бразильская история отличается тем, как правительство использовало эти возможности и приняло активный подход к промышленному планированию и национальному развитию для обеспечения будущего.

В экономике Бразилии доминируют несколько крупных компаний. Особое значение имеют нефтяная компания Petrobras, 51% которой контролируется государством, и горнодобывающий гигант Vale, которая формально является частной компанией, но, тем не менее, все еще находится под сильным влиянием государства через сеть государственных и пенсионных фондов.

Те компании, которые не находятся под сильным влиянием государственных пакетов акций, «руководствуются» условиями доступа к доступному финансированию через гигантский Национальный банк экономического и социального развития (BNDES), который предоставил ссуду в размере 79 миллиардов долларов США в 2011 году и до сих пор остается единственным жизнеспособным источник долгосрочного финансирования в Бразилии.

У правительства есть четкие цели национальной политики в области промышленности и развития, которые бизнес игнорирует на свой страх и риск. В 2011 году министр финансов Гвидо Мантега использовал акции, контролируемые государством, для организации переворота в совете директоров, чтобы эффективно уволить чрезвычайно успешного генерального директора Vale Роджера Аньелли.В чем было преступление генерального директора? Во время мирового финансового кризиса он осуществил временное сокращение штата, чему Лула категорически возражал.

Влияние правительства заметно даже в тех случаях, когда ему не хватает силы пакета акций. Горнодобывающий магнат Эйке Батиста явно отказался от постоянной критики политики правительства, когда доступ к финансированию BNDES стал затруднен. Крупные строительные фирмы Бразилии стараются поддерживать хорошие отношения с правительством и BNDES, чтобы поддержать свои предложения по контрактам на инфраструктуру в Африке и Латинской Америке.

Хотя это выглядит как замаскированная промышленная национализация, эти события представляют собой выбросы в национальной политической экономии, которые могут вести переговоры о подлинном «третьем пути».

Прибыль остается критически важной, потому что налоговые поступления и дивиденды финансируют национальные социальные программы, которые создают политическую поддержку. Потрясающе успешные инициативы по сокращению бедности, такие как программа условных денежных переводов Bolsa Família, дополняются четким указанием бразильским фирмам отдавать приоритет национальным поставщикам и нанимать домашних работников, даже если это не самый выгодный вариант с немедленной ценой.Это снижает норму прибыли в краткосрочной перспективе, но открывает новые среднесрочные и долгосрочные возможности при поддержке государственного акционера.

Экономика Бразилии, таким образом, представляет собой сложную игру интересов правительства и корпораций, ведущую к взаимовыгодным результатам. Фирмы стремятся к устойчивой прибыльности, а правительство стремится к достижению целей национального развития. Пока смесь оказалась волшебной. По оценкам, 39,5 миллиона бразильцев перешли в средний класс, и не исключено, что крайняя бедность исчезнет когда-нибудь в этом десятилетии.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *