Методы борьбы с коррупцией в сингапуре: Мировой опыт борьбы с коррупцией:феномен Cингапура

Содержание

Божественная коррупция — 2 — Журнал «Агротехника и технологии» — Агроинвестор

Журнал «Агротехника и технологии»

Читать номер

В прошлом году Всемирный банк присудил Сингапуру 1 место в списке стран, где комфортнее всего делать бизнес.

Наша страна в том же рейтинге заняла лишь 120 место. (проверить).

Вести бизнес в России действительно тяжело: 99% аграриев и переработчиков сельхозпродукции, с которыми мы общаемся, жалуются на крайне неудобные условия для развития производства, начиная от высоких цен на энергоносители и неподъемных кредитных ставок и заканчивая чудовищной бюрократией и коррупцией чиновников, от которых во многом зависит участь сельхозпредприятий.

Даже сотрудники ГИБДД — и те не упускают возможности покормиться за счет крестьян во время страды, когда приходится перегонять технику с поля на поле.

Во всем мире коррупция признана главным тормозом развития экономики (в истории можно найти немало примеров того, как она разрушала сильные государства). Однако полагать, что борьба с ней бесполезна — заблуждение. Существует множество стран с низким уровнем коррупции: Китай, Португалия, Швеция, вышеупомянутый Сингапур, а это свидетельствует в пользу того, что методы борьбы с этой ржавчиной все же существуют.

Взять, например, тот же Сингапур. Всего за 30 лет правления Ли Куана Ю это маленькое государство смогло полностью искоренить коррупцию. Рецепт премьер-министра был до гениальности прост: не забывая о том, что рыба гниет с головы, Ли Куан Ю сосредоточил внимание на чиновниках высших эшелонов власти. Бюро по расследованию коррупции было уполномочено вести расследования против министров, а судам в качестве доказательства «левых доходов» разрешили приводить несоответствие зарплаты госслужащего его имуществу или образу жизни.

Но главное — «левые доходы» стали конфисковать.

Самое интересное, что премьер-министр не покрывал родственников и соратников, попавших под подозрение. Более того, он собственным примером явил образец поведения, лишив себя льгот. Эффект от принятых мер не заставил себя ждать. После того, как по стране прокатилась волна громких процессов над высшими сановниками, сопровождавшихся заключением их под стражу, воровать почти перестали. Для закрепления результата было решено подтянуть доходы госслужащих до уровня зарплат менеджеров коммерческих компаний и увеличить жалование судей.

Почему бы России не перенять опыт этой страны? Или начать с себя для российских чиновников — непомерное усилие?

Загрузка…

Антикоррупционная политика Республики Сингапур | Статья в журнале «Молодой ученый»

Цель статьи — это поиск путей совершенствования российской антикоррупционной политики на примере опыта Республики Сингапур.

Основное внимание уделяется стратегии противодействия коррупции в Республике Сингапур.

Автор описывает особенности антикоррупционной политики Республики Сингапур, которая заслуживает внимания российских специалистов.

Ключевые слова: системная коррупция, антикоррупционная политика, Исследовательское Бюро по вопросам коррупции, взяточничество, бюрократия.

 

Если вы подаёте пример правильного поведения, кто осмелится продолжать вести себя неправильно?

Конфуций


 

Коррупция является корнем очень многих проблем и пороков общества. И без снижения уровня этого негативного социального явления невозможно снизить уровень преступности, эффективно бороться с наркоманией и терроризмом, построить эффективную экономику. Это крайне негативное явление искажает развитие бизнеса, уменьшает эффективность государственного управления, стимулы к инвестициям, сдерживает экономическое и политическое развитие страны, порождает социальное неравенство.

Мировая практика показывает достаточно эффективные методы борьбы с этим явлением. У всех стран в законодательстве закрепляется цель борьбы с коррупцией, но немногие страны применяют такие строгие и последовательные законы, как в Республике Сингапур (далее — Сингапур). В этой стране дела о коррупции среди служащих, особенно занимающих высокие посты, рассматриваются с такой суровостью, какая редко встречается где-либо ещё.

На данный момент Сингапур является наиболее развитым в социально-экономическом отношении государством Юго-Восточной Азии. Республике есть чем гордиться — на протяжении жизни одного поколения ей удалось совершить прорыв из «третьего мира» в «первый» [1].

Об эффективности мер противодействия коррупции в Сингапуре свидетельствуют данные Transparency International (таблица № 1).

Таблица 1

Показатели индекса восприятия коррупции (ИВК) в

 Сингапуре и России согласно рейтингу Transparency International (1995–2014 гг. ) [2]


 

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

2003

2004

Сингапур

8,8

8,8

8,7

9,1

9,1

9,1

9,2

9,3

9,4

9,3

Россия

2,4

2,6

2,3

2,4

2,4

2,4

2,3

2,7

2,7

2,8


 


 

2005

2006

2007

2008

2009

2010

2011

2012

2013

2014

Сингапур

9,4

9,4

9,3

9,2

9,2

9,3

9,2

87

86

84

Россия

2,4

2,5

2,3

2,1

2,2

2,1

2,4

28

28

27

                     


 

В 2014 году Transparency International (TI) опубликован рейтинг, согласно которому Сингапур является седьмой из наименее коррумпированных стран мира и первой среди азиатских стран по этому показателю 7 место из 174.

В Сингапуре никто, будь то министр, член парламента или высшее должностное лицо, не может находиться выше закона.

«Это одно из криминогенно безопасных обществ, экономика которого почти полностью истребила коррупцию» [3, с. 125].

С целью понять, в каком положении оказался Сингапур в начале своего самостоятельного пути, немного углубимся в его историю.

Первые упоминания о Сингапуре имеются в китайских хрониках III века. Остров был оплотом империи Шривиджая, с центром на Суматре, и носил яванское имя Темасек. Темасек в какое-то время был важным торговым центром, но потом пришёл в упадок. Осталось очень мало свидетельств о городе Темасек кроме отдельных археологических находок. В XV—XVI веках Сингапур входил в состав султаната Джохор. Во время Малайско-Португальской Войны 1617 Сингапур атаковался португальскими войсками. В 1819 сэр Раффлз, представитель Британской Ост-Индской компании, заключил договор с султаном Джохора об организации в Сингапуре торговой зоны с разрешением иммиграции разных этнических групп.

В 1867 Сингапур стал колонией Британской Империи, англичане придавали Сингапуру большое значение как важному опорному пункту на пути в Китай. Во время Второй Мировой Войны Япония заняла Малайзию и выиграла битву за Сингапур, которую неподготовленные англичане проиграли, несмотря на значительное превосходство в живой силе, 15 февраля 1942 Сингапур перешёл к Японии вплоть до поражения Японии в сентябре 1945.

С 1959 г. Сингапур стал самоуправляемой колонией, Ли Куан Ю исполнял должность премьер-министра после выборов. В 1963 г. в результате референдума Сингапур вошёл в Малайскую федерацию вместе с государствами Малайя, Сабах и Саравак, а 07 августа 1965 г. был исключён из нее и 09 августа 1965 г. получил независимость [4].

«К моменту обретения независимости Сингапур представлял собой бедную страну, которой приходилось импортировать даже пресную воду и строительный песок. Соседние страны были настроены недружественно, среди населения были популярны социалистические идеи. Страна получила в наследие от Британских колонизаторов действенную гражданскую службу [5], хотя коррупция оставалась привычным явлением и пронизала все слои общества» [6].

После получения Сингапуром независимости, его политические лидеры решили стать образцом поведения для чиновников, сделав открытыми все данные о своем состоянии, доходах, коммерческих интересах и финансовых операциях. Премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю заявил: «Сингапур сможет выжить лишь в том случае, если министры и управляющие чиновники будут неподкупны и квалифицированы. Необходимо показать сингапурцам связь между упорным трудом и высокой наградой за него. Только при таком подходе люди, станут вкладывать инвестиции в Сингапур; лишь тогда сингапурцы будут работать для самореализации и обеспечат себя и своих детей хорошим образованием, вместо того, чтобы мечтать о связях и надеяться на подарки со стороны влиятельных друзей и родственников» [7].

Понимая, что страна находится в критическом положении, правительство Сингапура было исполнено решимостью создать в обществе климат честности и открытости, переводящий коррупцию в разряд социально неприемлемых явлений. В основу работы правительства Сингапур был положен принцип «оставаться честным и неподкупным». Контроль над коррупцией стратегически важен для национального развития Сингапура.

В этот тяжёлый период правительство Сингапура в противостоянии коррупции столкнулось с несколькими проблемами:

  1.      Несовершенное законодательство. Многие коррупционные преступления оказались вне сферы его действия, а работники правоприменительных органов не обладали властью, дающей им возможность эффективно исполнять свои функции. Более того, найти доказательства преступлений было крайне сложно из-за неэффективного законодательства и вовлеченности огромного количества чиновников в коррупционные схемы.
  2.      Низкий уровень заработной платы государственных служащих. Госчиновники имели куда более скромный достаток по сравнению с работниками коммерческого сектора. Многие из них использовали должностное положение в личных целях. Население имело низкий уровень образования и правовой культуры. В итоге взятки стали единственным способом получения доступа к ресурсам.

В некоторых сферах коррупция была организованной и приняла большие масштабы. Например, существовал синдикат, состоявший из более чем 250 передвижных полицейских патрулей, которые получали платежи в размере от 5 до 10 сингапурских долларов с владельцев грузовиков, чьи транспортные средства они распознавали по адресам, написанным на бортах грузовиков. Те владельцы грузовиков, которые отказывались платить, находились под угрозой бесконечных штрафов.

«Таможенные чиновники получали взятки за «ускорение» проверки транспортных средств, перевозивших контрабанду и запрещенные товары. Персонал Центральной службы обеспечения за определенную мзду давал заинтересованным лицам информацию о заявках, поступивших на тендер. Чиновники Импортно-экспортного департамента получали взятки за ускорение выдачи разрешений. Подрядчики давали взятки клеркам, чтобы те закрывали глаза на нарушения. Владельцы магазинов и жители домов платили рабочим Департамента общественного здравоохранения за уборку мусора. Директора и учителя школ получали комиссионные от поставщиков канцелярских товаров. Человеческая изобретательность практически бесконечна, когда дело касается конвертации [8] власти в личную выгоду» [9].

Победить коррупцию и выбиться в мировые лидеры экономического развития Сингапур смог за счет политической воли лидеров и грамотного антикоррупционного законодательства. Первым делом были сокращены возможности для совершения коррупционных действий.

Произошло упрощение процедур принятия решений, была устранена всякая двусмысленность в законах в результате издания ясных и простых правил, вплоть до отмены разрешений и лицензирования. Началось противодействие коррупции в высших эшелонах власти.

Серьезные случаи коррупции попадали на полосы газет. Несколько министров были признаны виновными в коррупции — по одному за каждое десятилетие с 60-х до 80-х годов. Расследования были инициированы даже против близких родственников Ли Куан Ю. Ряд министров, уличённых в коррупции, были приговорены к различным срокам заключения, либо покончили жизнь самоубийством, либо бежали из страны. Среди них были и давние соратники Ли Куан Ю.

«В декабре 1979 года президент Национального конгресса профессиональных союзов (НКПС — National Trades Union Congress) [10] и член парламента от Сингапурской Партии народного действия (далее — ПНД) Фей Ю Кок был обвинен по четырем эпизодам в преступном злоупотреблении властью. Общая сумма ущерба оценивалась в 83000 сингапурских долларов. Он также был обвинен по двум эпизодам, подпадавшим под действие «Закона о профсоюзах» за инвестирование 18000 долларов, принадлежавших профсоюзам, в частный супермаркет без одобрения министра. В рамках обычной судебной практики он был освобожден под залог» [11].

Наиболее драматичным был случай с министром национального развития Те Чин Ваном. В ноябре 1986 года один из его старых партнеров на допросе в Исследовательском Бюро по вопросам коррупции (далее — Бюро) признал, что дал Те Чин Вану две суммы наличными по 400 000 сингапурских долларов каждая: в одном случае, чтобы позволить строительной компании оставить за собой часть земли, которая предназначалась для обязательной передачи правительству, а во втором случае, — чтобы помочь подрядчику в приобретении государственной земли для нужд частного строительства. Эти взятки имели место в 1981–1982 годах. Те Чин Ван отрицал получение взяток и пытался торговаться со старшим помощником Бюро, чтобы делу не давали ход.

Секретарь правительства сообщил Ли Куан Ю об этом и сказал, что Те Чин Ван попросил о встрече с ним. Г-н Ли отказал ему. Через неделю, утром 15 декабря 1986 года, офицер безопасности сообщил Ли Куан Ю, что Те Чин Ван умер и оставил ему письмо:

«В течение последних двух недель я был очень печален и находился в состоянии депрессии. Я чувствую свою ответственность за возникновение этого неприятного инцидента, и полагаю, что я должен ответить за это в полной мере. Как благородный восточный джентльмен я считаю, что будет справедливо, если я заплачу за свою ошибку самую высокую цену.

Искренне Ваш,

Те Чин Ван» [12].

Ли Куан Ю в своих воспоминаниях подчёркивал, что он постоянно насаждал принцип верховенства закона и равенство всех перед законом, включая высших чиновников и своих родственников. «Начать с проповеди высоких моральных принципов, твердых убеждений и самых лучших намерений искоренить коррупцию — легко. А вот жить в соответствии с этими добрыми намерениями — трудно. Для этого требуются сильные лидеры и решимость бороться со всеми нарушителями, безо всяких исключений. Служащие Бюро должны были располагать полной поддержкой политического руководства, чтобы действовать без страха и в соответствии с законом» [13].

Следующим шагом было резкое повышение зарплаты судей. Зарплата сингапурского судьи достигла нескольких сот тысяч долларов в год (в 1990-е годы — свыше 1 млн. долл.). Были жёстко подавлены мафиозные группировки. Госслужащим, занимающим ответственные посты, были подняты зарплаты до уровня, характерного для топ-менеджеров частных корпораций.

Было ясно, что Правительство Сингапура сможет оставаться чистым и честным только в том случае, если честные и способные люди будут проявлять желание бороться на выборах и занимать официальные должности. Для этого необходимо платить им заработную плату, сопоставимую с той, которую человек, обладающий их способностями и честностью, мог бы заработать, занимая должность управляющего крупной корпорацией или занимаясь частной юридической либо иной профессиональной практикой.

«Если недоплачивать способному человеку, занимающему должность министра, то сложно будет ожидать от него, чтобы он проработал на такой должности долгое время, зарабатывая, лишь часть того, что он мог бы заработать в частном секторе. В условиях быстрого экономического роста и постоянного увеличения заработной платы в частном секторе заработная плата министров должна была быть сопоставимой с заработной платой руководителей их уровня в частном секторе. Малооплачиваемые министры и государственные служащие разрушили не одно правительство» [14].

Сингапурский опыт доказал: адекватное вознаграждение жизненно важно для поддержания честности и морали у политических лидеров и высших должностных лиц.

Ли Куан Ю утверждал, что политическим лидерам стоит платить самые большие зарплаты потому, что они заслужили это тем, что представляют собой порядочное и честное правительство. Если им недоплачивать, они могут поддаться соблазну и вовлечься в коррупционные действия. В соответствии с этим, заработная плата государственных служащих Сингапура неизменно возрастала все эти годы для уменьшения «утечки мозгов» в частный сектор.

При пересмотре в 1989 и 1994 гг. зарплаты высшим государственным служащим Сингапура повысили до такой степени, что они стали самыми большими в мире. Тем не менее, эта формула не означает ежегодного автоматического увеличения жалования, потому что доходы частного сектора то повышаются, то понижаются. Когда в 1995 году доходы в частном секторе снизились, в 1997 году было соответственно уменьшено и жалованье всех министров и высших должностных лиц.

Ли Куан Ю пришёл к выводам о том, что необходимым условием для существования честного правительства является то, что кандидатам на правительственные посты не требуются большие деньги, чтобы добиться избрания, иначе они приводят в действие порочный круг коррупции.

«Высокая «стоимость» выборов являлась и является проклятием многих стран. Затратив значительные средства на избирательную кампанию, победители должны не только вернуть потраченные деньги, но и накопить средства для следующих выборов. Эта система воспроизводит себя вновь и вновь» [15].

Лидеры Партии народного действия (далее — ПНД) постарались снизить издержки на ведение избирательных кампаний. У партии не было необходимости пополнять казну после выборов, и раздавать подарки избирателям в период между выборами. «Мы добивались того, что люди вновь и вновь голосовали за нас тем, что создавали рабочие места, строили школы, больницы, общественные центры. Эти социальные блага изменили жизнь людей и убедили их в том, что будущее их детей — с ПНД. Оппозиционные партии также не нуждались в деньгах. Они побеждали наших депутатов, потому что избиратели хотели, чтобы оппозиция в парламенте оказывала давление на правительство» [16].

Сингапур продемонстрировал, что система чистых, свободных от денег выборов помогает сохранить честное правительство.

Исходя из опыта более чем 20-летнего пребывания у власти, Ли Куан Ю разработал своеобразное «руководство к действию» для будущих политических лидеров. Члены правящей группировки, по мнению Ли Куан Ю, не должны подрывать доверие своих сторонников, делая достоянием гласности внутренние разногласия, решать которые надлежит лично членам группировки. Перед лицом общественности необходимо сохранять внешнее единство. Политические лидеры должны быть последовательными и решительными в своих действиях, руководить честно, беспристрастно и эффективно, не использовать своё положение в корыстных целях. Им необходимо завоевать уважение, а не стремиться к дешёвой популярности. Политический лидер работает во имя всеобщего блага, хотя и невозможно распределить это благо поровну между всеми членами общества. При принятии решений необходимо сохранять трезвость и хладнокровие, делать всё возможное для достижения поставленной цели. «Если же у вас не хватает сил. А такие ситуации возможны, — говорит Ли Куан Ю, — история простит вас. Но если вы потерпели поражение, даже не попытавшись попробовать свои силы или отдавая их не в полную меру, это навлечёт на вас позор и бесчестие». Выживание Сингапура может быть обеспечено только путём создания честной и некоррумпированной администрации. Именно лидеры должны нести в массы новые общественные идеалы: главенство национальных интересов над интересами личности, социальная дисциплина, регламентация, ориентация на будущее, эффективность [17].

Как показали последующие события, у правительства Сингапура нашлось достаточно политической воли, чтобы реализовать свои планы и намерения на практике. Для достижения таких результатов были использованы эффективные методы борьбы с коррупцией в сфере государственной службы.

Каждый государственный служащий, уличённый в получении взятки, наказывается очень сурово. Если его вина доказана, то возбуждается уголовное дело. Чиновник, осуждённый за коррупцию, лишается работы и многих льгот.

Бывают случаи, когда доказательств для возбуждения уголовного дела недостаточно. В этой ситуации, чиновника могут подвергнуть дисциплинарной процедуре в виде временного отстранения от службы, понижения в ранге, задержки в получении зарплаты, штрафа, выговора и даже отставки.

Для снижения вероятности коррумпированных действий проводится комплекс предупредительных мероприятий:

          выбор оптимальных административных процедур;

          устранение благоприятных возможностей для коррупции, как в действующих нормах, так и в организации работы ведомств;

          соразмерный пересмотр жалования чиновников;

          напоминание государственным поставщикам при подписании контрактов, что дача взятки чиновникам может привести к разрыву контракта;

          сокращение и облегчения для граждан разного рода бюрократических процедур;

          регулярное проведение бесед с чиновниками о том, как не оказаться вовлеченным в коррупционные схемы;

          проведение со студентами колледжей занятий на тему опасности коррупции;

          принятие меры по устранению задержек в предоставлении разрешений и лицензий и т.  д.

«Государственные служащие каждый год обязаны подать специальную декларацию об отсутствии у них долгов. Считается, что погрязший в долгах чиновник скорее пренебрежет своими должностными обязанностями ради собственной выгоды, то есть, скорее, будет вовлечен в коррупционные схемы. Предоставление чиновником ложных сведений в такой декларации приводит к увольнению чиновника с государственной службы» [18].

«Каждый чиновник при приеме на службу и далее ежегодно обязан декларировать свое имущество и инвестиции в бизнес, включая вложения жены и зависимых от него детей. Несоответствие богатства и получаемого жалования ведет, как минимум, к административному расследованию. Если чиновник владеет долями в частных компаниях, ему могут предложить продать паи и акции во избежание конфликта интересов» [19].

«Чиновникам запрещено принимать любые подарки в виде денег или в любой другой форме от людей, состоящих с ними в деловых отношениях. Запрещено также принимать приглашения, способные поставить его в любого рода зависимость. Если чиновник не может отказаться от подарка (например, в соответствии с протоколом визита иностранной делегации), чиновник может его принять, но должен незамедлительно передать его главе своего департамента. Впрочем, чиновник может взять предмет, если предварительно заплатит за него по цене, определенной официальной бухгалтерией» [20].

В антикоррупционном законодательстве Сингапура чётко закреплены пределы ответственности государственных служащих.

Чиновникам запрещается:

          принимать любые награды от любого члена общества в качестве платы за услугу;

          принимать подарки за уклонение от действий;

          принимать плату за проявление или не проявления расположения кому-либо против долга;

          намерено допускать ошибки в официальных документах, а также делать лживые и неверные заявления;

          принимать подарки, приглашения на обед или совместные развлечения от любого лица, с которым чиновник состоит в официальных отношениях;

          заниматься какой-либо внеурочной работой или коммерческой деятельностью без письменного разрешения властей;

          принимать вознаграждение за свои услуги от кого-либо в качестве платы за свои профессиональные обязанности;

          принимать вознаграждение или компенсацию от любого поставщика за внеурочную работу по надзору за его проектом;

          вкладываться в бизнес любого предпринимателя, с которым чиновник состоит в официальных связях;

          принимать комиссионные и откаты от поставщиков, оказывающих услуги;

          соглашаться на предложения по бесплатному обслуживанию в личных делах (помощь с транспортом, реконструкцией) от любого лица, с которым чиновник имеет дела;

          вступать в неформальные отношения с любым лицом, с которым чиновник имеет официальные отношения, и проявлять фаворитизм;

          принимать предложения отправиться в заграничную поездку от поставщиков под прикрытием повода обучения или обзора заграничной продукции;

          проводить официальные встречи или переговоры на территории поставщика или в публичных местах, если нет причины для этого;

          посещать офис или дом любого лица, с которым чиновник состоит в официальных отношениях;

          занимать деньги (открыто или тайно) у поставщика, с которым чиновник состоит в отношениях;

          позволять поставщику оплачивать свои счета или займы;

          давать личным интересам перевешивать служебный долг;

          наносить вред правительству, например, давая советы поставщику по использованию лазеек в контрактах.

Чиновникам позволено:

          сообщать о любых коррупционных проявлениях;

          избегать неформальных отношений с членами общества, вступающими с чиновником в официальные отношения, чтобы избежать предвзятости и фаворитизма;

          указывать на интерес в любом бизнесе не только в своих интересах, но и в интересах семьи. Отстраняться от надзора над такими проектами;

          общаться с любым человеком, с которым он вступает в официальные отношения, равноправно и честно без боязни и протекции;

          знакомиться с положениями Закона о противодействии коррупции, а также установками и инструкциями ведомства, управляющего сопровождением служащих;

          консультироваться с начальником в случаях, когда возникают сомнения относительно обоснованности того или иного действия;

          всегда быть лояльным ведомству и придерживаться его интересов [21].

Как уже отмечалось выше, одной из причин высокого уровня коррупции было несовершенное законодательство.

Так как в 1959 году Сингапур был бедной страной, правительство не могло позволить себе поднять зарплаты служащим. Альтернативой было усиление существующего законодательства по уменьшению возможности для совершения коррумпированных действий и повышения наказания за коррупционные действия.

Лидеры государства сделали вывод о том, что необходимо сокращение возможностей для совершения коррумпированных действий. Они были инициаторами всесторонней антикоррупционной стратегии в 1960 г., закрепив ее в Акте о предотвращении коррупции (The Prevention of Corruption Act — POCA) (далее — Акт о предотвращении коррупции) и, укрепив антикоррупционное бюро, которое было впервые создано Британским колониальным правительством в октябре 1952 года. С тех пор коррупция рассматривается с двух сторон — стимул и возможность принять участие в акте коррупции, новая всеобъемлющая стратегия основывалась на принципе «логика в контроле за коррупцией», т. е. «попытки искоренить коррупцию должны основываться на стремлении минимизировать или исключить условия, создающие как стимул, так и возможность, склонения личности к совершению коррумпированных действий».

Акт о предотвращении коррупции был издан 17 июня 1960 года, и имел ряд важных особенностей.

Во-первых, коррупция точно квалифицирована с точки зрения различных форм «вознаграждения» в статье 2 Акта о предотвращении коррупции, в которой также в первый раз указаны Бюро и его директор.

Вид преступления, называемый обычно взяткой, описан в законе термином «коррупционное вознаграждение». Вознаграждения могут принимать разные формы и включать в себя:

          деньги или любые подарки, гонорары, займы, награды, комиссионные, ценные бумаги, другую собственность или долю в любой собственности, движимой или недвижимой;

          любую должность, работу или контракт;

          любую уплату, освобождение, погашение долга в рамках любого займа, обязательства и других задолженностей полностью или частично;

          любые другие услуги, предпочтения, преимущества любого вида, включая защиту от любого штрафа или неплатежеспособности, настоящей или ожидаемой, а также освобождение от действий или дисциплинарных взысканий, назначенных либо нет, или снисхождение к выполнению любой обязанности или права в рамках профессиональной деятельности;

          любое предложение, попытку или обещание любого вознаграждения [22].

В статье 8 Акта о предотвращении коррупции постулируется, по сути, презумпция виновности агента правительства, любого государственного ведомства или государственной общественной организации. Любое вознаграждение, полученное чиновником от лица, искавшего связи с правительством, будет считаться заплаченным коррупционным путем в качестве стимула или награды, пока не доказано обратное. Это фактически переносит бремя доказывания своей невиновности на служащего, который должен убедить суд, что вознаграждение не было получено в рамках коррупционной схемы [23].

В соответствии со статьей 5 Акта о предотвращении коррупции, лицо виновно в коррупции, когда оно само, либо в соучастии с другими, незаконно подкупает, получает, или выражает согласие на получение любого вознаграждения для себя или другого человека. Незаконно дает, обещает или предлагает любому человеку вознаграждение, независимо от того, в своих или сторонних интересах делая это, вознаграждая или подстрекая любого человека к действию или бездействию в отношении любого дела, реального либо лишь задуманного [24].

В соответствии со статьей 6 Акта о предотвращении коррупции, коррупционное действие считается совершенным, когда агент незаконно принимает вознаграждение или действует, либо соглашается принять или пытается действовать в интересах любого человека, оказывает покровительство либо пренебрежение к чьим-либо интересам [25].

В-третьих, повысился сдерживающий эффект Акта о предотвращении коррупции, наказание за коррумпированные действия возросло до 5 лет тюремного заключения и (или) штраф 100 тысяч долларов [26].

В-четвертых, лицо, признанное виновным в принятии незаконного вознаграждения, вынуждено заплатить сумму, которую оно приняло в качестве взятки в дополнение к тому наказанию, к которому приговорил суд [27].

В-пятых, наиболее значительная особенность Акта о предотвращении коррупции была в том, что он дал Бюро больше власти. Например, статья 15 указанного Акта обеспечивала служащих Бюро полномочиями на совершение арестов и обыск арестованных лиц. Акт о предотвращении коррупции уполномочил Общественного Прокурора давать разрешения директору Бюро и его главному заместителю проверять «любые банковские счета, долевые счета и расчетные счета» если кто-либо подозревается в совершении правонарушения в соответствии с Актом о предотвращении коррупции [28].

Статья 18 Акта о предотвращении коррупции уполномочивала служащих Бюро проверять банковские книжки государственных служащих, а также их жен, детей и агента, если это необходимо [29].

В 1981 г. в Акт о предотвращении коррупции были внесены поправки, для того, чтобы повысить сдерживающий эффект требованием к тем, кто совершил коррумпированное действие, возместить все полученные деньги помимо исполнения обычного судебного приговора. Для тех, кто не в состоянии произвести полное возмещение, выносится более строгий судебный приговор.

Большое значение для работы Бюро имело то, что вскоре 03.03.1989 г. был издан Акт о Коррупции (Конфискация выгод), в котором оговаривалась конфискация выгод, извлеченных путем коррупционных действий. Если ответчик умер, суд подает иск, содержащий в себе заявление о конфискации его владений.

Антикоррупционное законодательство Сингапура регулярно пересматривается с тем, чтобы закрыть коррупционерам лазейки для ухода от ответственности.

За прошедшие годы были внесены следующие изменения:

          Суд получил право назначать преступникам штрафы, эквивалентные размерам полученных взяток, независимо от основного наказания или срока тюремного заключения. Для тех, кто не в состоянии произвести полное возмещение, выносится более строгий судебный приговор.

          Следователи Бюро были наделены более широкими полномочиями.

          Стало необязательным доказывания того, что лицо, получавшее взятку, было в выгодном положении.

          Следователи Бюро получили возможность получать информацию об уплаченных налогах.

          Чиновников обязали декларировать сведения о своем богатстве (о недвижимости, счетах в банке, пакетах акций и др.) а также о богатстве их жен и детей.

          Суд получил право признавать несоответствие богатства и уплаченных налогов в качестве подкрепляющего доказательства факта коррупционных действий.

          Граждане Сингапура были наделены ответственностью за коррупционные преступления, совершенные за пределами страны, и судимы, как если бы они их совершили внутри страны.

          Усилена ответственность за дачу заведомо ложных показаний или ложной информации.

          Показания сообщника отныне считаются судом не заслуживающими доверия, пока не доказано обратное.

          Законной практикой стало предоставление гражданами по требованию следователей Бюро нужной им конфиденциальной информации.

          Закон о коррупции 1989 года (Конфискация выгод) наделил суд правом конфисковать собственность и денежные средства, происхождение которых лицо, уличенное в коррупции, не может внятно объяснить. В случае смерти ответчика, суд вправе принять решение о конфискации его имущества.

Правовая система Сингапура настроена на профилактику коррупции. Глава министерства юстиции Йонга Пунг Хо, сказал в 2002 году: «Я не сомневаюсь, что в судах можно применять куда более жесткие наказания, чтобы воспитать в обществе недоверие и отвращение к действиям, наделяющим гражданскую службу сомнительной репутацией, и серьезно вредящим беспристрастной работе нашей уголовной системы. Легкое попустительство преступлению, сделанное сегодня, выведет из равновесия эффективность нашей гражданской службы, уменьшив доверие населения к правоприменительным органам, и откинув назад усилия правительства по созданию в международном сообществе облика Сингапура как безопасного и свободного от коррупции государства» [30].

В реализации антикоррупционного законодательства на практике весьма велика роль указанного выше специального агентства — Бюро по расследованию случаев коррупции. Это правительственное агентство, расследующее и преследующее коррупцию в государственном и частном секторах [31], было учреждено еще Британским колониальным правительством в 1952 году. А Акт о предотвращении коррупции, вступивший в силу в 1960 году, наделил Бюро обширными полномочиями в расследовании.

Правительство Сингапура сознавало, что предусмотренные законом устрашающие наказания не будут действенными, если они не опираются на эффективное правоприменение. Именно поэтому оно сделало Бюро универсальным антикоррупционным агентством. Несмотря на то, что основной его функцией является расследование коррупции, оно наделено полномочиями вести следствие и по прочим уголовным делам, связанным с фактами коррупции.

Основные функции Бюро: 1) получать и расследовать жалобы, содержащие обвинения в коррупции в общественных и частных сферах; 2) расследовать случаи халатности и небрежности, допущенные государственными служащими; 3) проверять деятельность и операции, проводимые государственными служащими с целью минимизировать возможность совершения коррумпированных действий.

Бюро, объединённое с офисом премьер-министра, возглавляется директором, напрямую подчиняющимся главе государства. Таким образом, Бюро независимо от полиции и других правительственных ведомств, обладает значительной политической и функциональной независимостью от всей бюрократии, включая чиновников в ранге министров.

Бюро представляет собой подразделение администрации Премьер-министра Сингапура.

Бюро имеет три департамента: следственный, справочно-информационный и вспомогательный.

Следственный департамент (самый большой) несет ответственность за проведение операций Бюро. Члены этого подразделения подают дела о расследованиях директору Бюро, который обращается к государственному прокурору и рекомендует предпринять соответствующие действия на основании имеющихся доказательств. Однако если доказательств для рассмотрения дела в суде недостаточно, директор направляет дело к главе отдела, занимающегося дисциплинарными делами, после получения разрешения Государственного прокурора.

Справочно-информационный и вспомогательный департаменты несут ответственность за два блока функций.

Первый блок включает в себя конкурсный отбор кандидатов для назначения на государственные посты и их дальнейшее продвижение, проведение курсов по повышению квалификации.

Второй блок включает анализ и выявление тех слабых мест в государственных органах, которые являются причиной коррупции.

Справочно-информационный и вспомогательный департаменты Бюро поддерживаются исследовательским объединением, которое анализирует рабочие операции склонных к коррупции правительственных отделов и выявляет те слабые места в организации и регулировании работы подразделений администрации, которые служат причиной коррупции.

Административная служба выполняет финансовые и управленческие функции Бюро и обеспечивает канцелярскую поддержку других подразделений.

Методы работы Бюро авторитарны. Оно имеет исключительное право без решения суда задерживать и обыскивать подозреваемых в коррупционных деяниях, если на то есть основания в соответствии с законодательством. Может вести расследование не только в отношении подозреваемого, но также его родственников и поручителей, проверять любые их банковские, долевые и расчетные счета и финансовые записи. Может вызывать на допрос свидетелей, а также расследовать любые правонарушения, вскрывающиеся в ходе изучения коррупционного дела.

«Бюро вызывает страх в сердцах многих сингапурцев, особенно склонных к коррупционным действиям. Сингапурская бюрократия боится Бюро, как всевидящего ока правящей партии. Бюро уважают за эффективную работу и утонченные методы действия. Его называют также «Бюро по расследованию заразной жадности» [32].

          Следователи Бюро наделены следующими полномочиями:

          Производить аресты, в соответствии с законодательством.

          Директор и другой особый уполномоченный имеют право арестовывать без повестки любого человека, подозреваемого в коррупционных преступлениях, к которому имеются разумные претензии, если получена информация из достоверных источников.

          Следователи могут обыскивать любое арестованное лицо, при наличии улик незаконной деятельности.

          Любое лицо, арестованное по таким мотивам, препровождается в отделение Бюро или полиции.

          Следователи наделены правом на изъятие вещественных доказательств. Сотрудники Бюро, по выданной повестке, могут входить в любое помещение, даже силой, обыскивать его, производить выемку любых документов, статей или имущества, связанных с коррупционными действиями.

Если офицер Бюро имеет разумные основания полагать, что отсрочка в получении повестки сорвет планы расследования, он может воспользоваться правом расследования без получения повестки.

Таким образом, Бюро не нуждается в обширном персонале, хотя имеет большую нагрузку, т.  к. размещается в офисе премьер-министра и обладает законной властью, уполномочивающей Бюро получать требуемое сотрудничество, как с государственными, так и с частными организациями.

В свете вышеизложенного можно выделить основные принципы, на которых основана стратегия борьбы с коррупцией в Сингапуре:

          Меры должны предприниматься по отношению к обеим сторонам: и тем, кто дает взятки, и тем, кто их берет.

          Четко соблюдается принцип ответственности: коррупцию необходимо наказывать в административном или уголовном порядке.

          Должна быть проведена четкая граница между государственными обязанностями и личными интересами. Именно это подразумевал г-н Ли Куан Ю, когда заявил, что конфуцианская обязанность помогать своей семье, родственникам и друзьям должна выполняться только с привлечением собственных, а не государственных средств.

          Главенство закона. Это достигается за счет сотрудничества Бюро, расследующего случаи коррупции, и судебных органов, которые решают, каким будет наказание. Общественность должна быть уверена, что Бюро действует эффективно и юридически законно.

          Коррупция должна быть максимально исключена путем установления ясных и четких методов работы и принятия решений. Как только общественность осознает, что не существует возможности влиять на правительственные решения путем дачи взяток, коррупции станет меньше.

          Лидеры должны подавать личные примеры безупречного поведения на самом высоком уровне, чтобы поддерживать свой моральный авторитет, необходимый для борьбы с коррупцией. Следовательно, неподкупность должна быть ключевым критерием, основной целью политических лидеров.

          Необходимо наличие гарантий, что именно признание личных и профессиональных заслуг, а не родственные связи или политическое покровительство, должно быть определяющим фактором при назначении должностных лиц. Использование семейных связей подрывает доверие к государственной службе, к ее эффективности и беспристрастности. Напротив, признание заслуг гарантирует, что на соответствующий пост будет назначен квалифицированный специалист.

          Как подчеркнул Ли Куан Ю, основное правило — соблюдать принцип неподкупности и увольнять запятнавших свою репутацию чиновников. Пресса играет важную роль в предании гласности случаев коррупции и деталей наказания, чтобы информировать общественность относительно последствий коррупции. Это помогает создать атмосферу честности и доверия к государственной службе, а также закрепить принцип наказания коррупции, т. к. борьба с коррупцией зависит от системы ценностей политических лидеров, государственной службы и общества.

          Государственным служащим должны соответственно платить. В Сингапуре министрам и высшим должностным лицам платят согласно формуле, привязанной к средней заработной плате успешно работающих в частном секторе лиц (адвокатов, банкиров и т. д.).

          Необходимы создание эффективного, работающего на принципе честности и преданности своему делу органа по борьбе с коррупцией, и защита информаторов, сообщающих о случаях коррупции.

          Нужно минимизировать количество необходимых для документов подписей. Это уменьшит возможности для коррупции.

          Необходимо использовать законы таким образом, чтобы распространить их действие на должностных лиц с целью выяснения источников их доходов. Если они не могут объяснить, откуда у них дополнительные финансовые средства, можно предположить, что источником является коррупция. В Сингапуре каждый год от государственных служащих требуют заполнения специальных форм для декларации их имущества, активов и долгов.

Все перечисленные принципы сингапурцы старались повсеместно выполнять. Кроме того, Сингапуру удалось осуществить контроль за денежной политикой, введя жесткие правила: строгие ограничения расходов на избирательные кампании; разрешение осуществлять пожертвования только в пользу политических партий, а не отдельных министров или членов парламента, поскольку нельзя позволить таким образом покупать влияние с целью изменения политики и правительства.

Из сингапурской стратегии борьбы с коррупцией российским политическим лидерам необходимо подчеркнуть те ключевые моменты, которые привели Сингапур к победе над этим негативным социальным явлением.

Самое главное! Политические лидеры должны быть положительным примером для чиновников. Они должны демонстрировать примерное поведение, вести скромный образ жизни, и избегать вовлечения в коррумпированные схемы. Отто Фон Бисмарк говорил: «Возможно управлять страной с плохими законами, но невозможно управлять страной с недисциплинированными чиновниками». Каждый, кто признан виновным в совершении коррумпированных действий, должен быть наказан, не смотря на его социальный статус.

Следующим важным ключевым моментом является эффективная всесторонняя антикоррупционная стратегия. Она должна состоять из двух элементов.

  1.      Обширное антикоррупционное законодательство. Оно должно быть всеохватывающим, чтобы предотвратить все способы уклонения от закона и должно периодически пересматриваться для введения актуальных поправок, когда это требуется.
  2.      Автономное агентство по борьбе с коррупцией. Антикоррупционное агентство должно само по себе быть некоррумпированным. Для этого оно должно контролироваться или находится под наблюдением политического лидера, который не склонен к коррумпированным действиям. Эти должности должны занимать честные и компетентные лица.

Необходимо уделить особое внимание уменьшению возможности коррумпированных действий в тех органах, которые наиболее склонны к коррумпированной деятельности. (Например, таможня, полиция и т. д.).

Подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод, что опыт Сингапура в контроле над этим негативным явлением демонстрирует возможность минимизации коррупции, если присутствует сильная политическая воля.


 

Литература:


 

  1.      Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtorneizvesten/history_singapur/1-history_singapur.html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  2.      Официальный сайт Центра антикоррупционных исследований и инициатив. Индекс восприятия коррупции 2014. URL: http://transparency.org.ru (дата обращения: 08.09.2015).
  3.      Ефимов, Г. В. Борьба с коррупцией в Сингапуре // Россия и АТР. 2008. № 2. С. 125.
  4.      История Сингапура: [сайт]. URL: http://po.singapu.ru/history/ (дата обращения: 07. 03.2015).
  5.      Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtorneizvesten/history_singapur/1-history_singapur.html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  6.      Сиротин А. Лечение «заразной жадности». URL:http://aim.sudanet.ru/borba_ s_corrupciei_v_singapure/ (дата обращения: 27. 03.2015).
  7.      Сиротин А. Лечение «заразной жадности». URL:http://aim.sudanet.ru/borba_s_corrupciei_v_singapure/ (дата обращения: 27. 03.2015).
  8.      Конвертация (от лат. converto — изменяю, превращаю) — проведение конвертирования, перевод чего-либо во что-либо другое, обмен (напр., К. валюты означает перевод суммы денег из одной валюты в другую).
  9.      В бананово-лимонном Сингапуре. January 23rd, 2009. Фрагменты авторизированного перевода издания Lee Kuan Yew. The Singapore Story: 1965–2000/ From third world to first. HarperColins Publishers, N.Y., USA, 2000. URL: http://www.konstruktiv.net/?p=15/(дата обращения: 03. 04.2015).
  10. Национальный конгресс профессиональных союзов (НКПС — National Trades Union Congress), также известный как Сингапурский Национальный Конгресс профсоюзов (SNTUC), национальный центр профсоюза в Сингапуре. URL: http://perevod.yandex.ru/en/?url=http %3A %2F %2Fen.wikipedia.org %2Fwiki %2FNational_Trades_Union_ Congress/ (дата обращения: 04. 04.2015).
  11. Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtor-neizvesten/history_singapur/1-history_singapur.html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  12. Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtor-neizvesten/history_singapur/1-history_singapur.html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  13. Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtor-neizvesten/history_singapur/1-history_singapur.html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  14. В бананово-лимонном Сингапуре. January 23rd, 2009. Фрагменты авторизированного перевода издания Lee Kuan Yew. The Singapore Story: 1965–2000/ From third world to first. HarperColins Publishers, N.Y., USA, 2000. URL: http://www.konstruktiv.net/?p=15/ (дата обращения: 03. 04.2015).
  15. Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtor-neizvesten/history_singapur/1-history_singapur.html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  16. Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtor-neizvesten/history_singapur/1-history_singapur.html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  17. Ли Куан Ю. Сингапурская история: из третьего мира в первый. URL: http://bookz.ru/authors/avtor-neizvesten/history_singapur/1-history_singapur. html/ (дата обращения: 21. 03.2015).
  18. Сиротин А. Лечение «заразной жадности». URL: http://aim.sudanet.ru/borba_s_corrupciei_v_singapure/ (дата обращения: 27. 03.2015).
  19. Сиротин А. Лечение «заразной жадности». URL: http://aim.sudanet.ru/borba_s_corrupciei_v_singapure/ (дата обращения: 27. 03.2015).
  20. Сиротин А. Лечение «заразной жадности». URL: http://aim.sudanet.ru/borba_s_corrupciei_v_singapure/ (дата обращения: 27. 03.2015).
  21. Prevention of corruption Act. URL: http://app.cpib.gov.sg/cpib_new/user/default.aspx?pgID=201/ (дата обращения: 15. 05.2015).
  22. Prevention of corruption act. 2. Interpretation. URL: http://publicofficialsfinancialdisclosure.worldbank.org/sites/fdl/files/assets/lawlibraryfiles/Singapore_ Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf (дата обращения: 15.07.2015).
  23. Prevention of corruption act. 8. Presumption of corruption in certain cases. URL: http://publicofficialsfinancialdisclosure. worldbank.org/sites/fdl/files/assets/law- library-files/Singapore_Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf (дата обращения: 15.07.2015).
  24. Prevention of corruption act. 5. Punishment for corruption. URL: http://publicofficialsfinancialdisclosure.worldbank.org/sites/fdl/files/assets/law- library-files/Singapore_Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf(дата обращения: 15.07.2015).
  25. Prevention of corruption act. 6. Punishment for corrupt transactions with agents. URL: http://publicofficialsfinancialdisclosure.worldbank.org/sites/fdl/files/assets/law- library-files/Singapore_Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf(дата обращения: 15.07.2015).
  26. Prevention of corruption act. 5. Punishment for corruption. URL: http://publicofficialsfinancialdisclosure.worldbank.org/sites/fdl/files/assets/law-library-files/Singapore_Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf (дата обращения: 15.07.2015).
  27. Prevention of corruption act. 13. When penalty to be imposed in addition to other punishment. URL: http://publicofficialsfinancialdisclosure.worldbank.org/sites/fdl/files/assets /law-library-files/Singapore_Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf (дата обращения: 15.07.2015).
  28. Prevention of corruption act. 17. Powers of investigation. URL: http://publicofficialsfinancialdisclosure.worldbank.org/sites/fdl/files/assets/law-library-files/Singapore_Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf (дата обращения: 15.07.2015).
  29. Prevention of corruption act. 18. Special powers of investigation.URL:http://publicofficialsfinancialdisclosure.worldbank.org/sites/fdl/files/assets/law- library-files/Singapore_Anti-Corruption %20Law_1960 %20amended %202002_en.pdf (дата обращения: 15.07.2015).
  30. Бюропорасследованиюслучаевкоррупции — Corrupt Practices Investigation Bureau (CPIB): [сайт]. URL: http://app.cpib.gov. sg/cpib_new/user/default.aspx?pgID=201/ (дата обращения: 17.04.2015).
  31. Бюро по расследованию случаев коррупции: [сайт] URL: http://app.cpib.gov.sg/cpib_new/user/default.aspx?pgID=201/ (дата обращения: 17. 04.2015).
  32. Jon S. T. Quah, «AdministrativeandLegalMeasuresforCombatingCorruptioninSingapore» (Административные и юридические меры для того, чтобы бороться с коррупцией в Сингапуре). 1977. URL:http://www.jonstquah.com/publications.htm. (дата обращения: 09. 04.2015).

способы измерения и противодействия — ECONS.ONLINE

Коррупция – большая проблема многих стран. ООН оценивает общую сумму взяток в мире в $1 трлн в год, а сумму украденных в результате коррупции средств – в $2,6 трлн в год, или более чем в 5% мирового ВВП, и называет коррупцию одним из основных препятствий для развития. Что экономисты знают о коррупции и о том, как с ней бороться?

Так как коррупция трудно наблюдаема, большинство эмпирических исследований стараются собрать данные, позволяющие замерить ее и протестировать простые экономические гипотезы.

Один из самых известных замеров коррупции – Индекс восприятия коррупции, который публикует Transparency International. Он охватывает 180 стран и составляется с 1995 г. на основе опросов экспертов и предпринимателей – отсюда и «восприятие» в названии.

В известной статье Реймонд Фисман (Бостонский университет) и Эдвард Мигель (Беркли) анализировали поведение дипломатов ООН, работавших в Нью-Йоркской штаб-квартире организации: до 2002 г. дипломатический иммунитет позволял им не платить штрафы за неправильную парковку, но нарушения все равно фиксировались в базах данных полиции. Изучив эти данные, авторы установили, что число нарушений коррелирует со значением Индекса восприятия коррупции в стране дипломата.

Эбигейл Барр (Оксфорд) и Данила Серра (Университет Флориды) в лабораторном эксперименте также находят, что коррумпированное поведение коррелирует с Индексом восприятия коррупции страны участника эксперимента. В эксперименте участники в роли «граждан» решали, предлагать ли взятку, а участники в роли «бюрократа» решали, принимать ли ее. При успешной даче взятки «граждане» получали некий бонус, но при этом вознаграждение других – пассивных – участников уменьшалось на еще большую сумму: это было сделано для наглядности негативного эффекта коррупции с точки зрения всего общества. Индекс восприятия коррупции страны участника положительно влиял на вероятность того, что он в роли «гражданина» предложит или в роли «бюрократа» примет взятку.

В то же время у индексов, основанных на опросах, есть методологические проблемы: во-первых, такие индексы не различают разные виды коррупции, что важно для эффективной антикоррупционной политики; во-вторых, участники опросов при ответах могут следовать стереотипам; наконец, при использовании опросов неизбежны различия в их охвате и сравнительном качестве. Поэтому исследования не всегда обнаруживают корреляцию между проявлениями коррупции и значениями индекса.

Йорген Андерсен из Норвежской бизнес-школы с соавторами, в числе которых Елена Пальцева (РЭШ и Стокгольмская школа экономики), изучавшие, какая часть нефтяной ренты оказывается в конечном счете на офшорных счетах после аккумулирования денег элитами богатых нефтью стран, не находят связи между суммой средств, размещенных в офшорах, и используемым для расчета Индекса восприятия коррупции индексом International Country Risk Guide. Они установили, что 15% доходов стран от нефтеэкспорта оседает в офшорах, но лишь когда в этих странах автократический режим, позволяющий превратить нефтяную ренту в политическую.

Работа Андерсена и соавторов – один из немногочисленных примеров анализа коррупции на верхнем уровне власти. Изучать ее сложнее, но при этом она вовлекает гораздо более крупные суммы и наносит наибольший ущерб обществу.

Подавляющая часть исследований изучает бытовую коррупцию или коррупцию на уровне небольших фирм и местных властей. Например, Бенджамин Олкен (MIT) и Патрик Бэррон (Всемирный банк) для своей работы договорились, что ассистенты будут сопровождать водителей грузовиков в Индонезии и наблюдать, какие взятки водители платят на блокпостах и станциях весового контроля. Исследователи, в частности, обнаружили, что суммы взяток соответствуют базовым гипотезам микроэкономики: когда блокпостов больше – на каждом взятка меньше; когда груз более ценный, а грузовик – более новый, то взятки больше. Ближе к концу маршрута размер взятки также возрастает: если водитель знает, что это последняя взятка на пути, то он готов заплатить больше.

Марианна Бертран (Чикагский университет) и Симеон Дянков (Peterson Institute for International Economics) с соавторами провели полевой эксперимент в Индии, где в качестве участников были желающие получить водительские права. Выяснилось, что индийские инспекторы произвольным образом ставят соискателям низкие баллы, тем самым побуждая желающих получить права обращаться к коррупционным практикам. Прохождение экзамена на получение прав не зависит от навыков вождения – система нацелена не на проверку качества, а на вымогательство денег.

Другие исследования сопоставляют данные из разных источников, чтобы зафиксировать проявления коррупции. Например, Реймонд Фисман и Шан Цзинь Вэй (Институт Брукингса) сравнивают данные Гонконга по экспорту в Китай и данные Китая по импорту из Гонконга. Они находят, что фирмы уклоняются от налогов, стараясь занизить импортные пошлины в Китае (в Гонконге экспортных пошлин нет). Это проявляется в том, что чем выше импортные пошлины на товар, тем скорее он будет задекларирован как аналог с более низкой пошлиной.

Проблемы борьбы с коррупцией

Есть концепция, что коррупция может быть полезной: это происходит тогда, как показал в своей знаменитой статье 1964 г. профессор Колумбийского университета Натаниэль Лефф, когда вмешательство государства в экономику либо имеет неправильные цели, либо использует неправильные методы (см. врез). Но по мере того, как экономическая политика в целом в мире улучшается, а качество институтов возрастает, возможностей для «полезной» коррупции становится меньше.

Коррупция и шестеренки экономики

Когда государство неэффективно, коррупция может «смазывать шестеренки» (grease the wheels) экономики с высоким уровнем бюрократии, позволяя откупиться от навязанных политической системой неэффективностей. Противоположная теория сравнивает коррупцию с «посыпанием шестеренок песком» (sand the wheels), указывая на то, что даже при неразвитых институтах коррупция все равно приносит больше вреда, чем пользы.

Поэтому экономисты считают коррупцию одним из основных препятствий для развития. Кроме того, при коррумпированной бюрократии «неправильное» вмешательство в виде, скажем, избыточного регулирования может возникать эндогенно – как раз для увеличения коррупционных платежей.

Тем не менее преодоление коррупции остается крайне сложной задачей. Почему? Ответить на этот вопрос помогают несколько теоретических идей. Они не только объясняют сложность борьбы с коррупцией, но и позволяют анализировать ее особенности и экономические последствия.

Вымогательство и сговор. Коррупция, будучи вредной для общества в целом, может быть выгодна обеим сторонам, непосредственно участвующим в коррупционной транзакции. Экономисты выделяют два вида коррупции: вымогательство и сговор. В первом случае чиновник вымогает взятку, чтобы делать то, что он и так должен делать. С вымогательством бороться легче, потому что одна сторона заинтересована в том, чтобы его прекратить. В случае со сговором чиновник берет взятку за какое-то свое противоправное действие в интересах второй стороны, а пострадавшим становится общество, но оно может о сговоре и не знать.

Провалы рынка и стимулы бюрократии. В идеале государство должно вмешиваться в экономику только в тех ситуациях, где есть провалы рынка, то есть где рынки неэффективны – например, из-за внешних эффектов или асимметрии информации. В таких ситуациях создание правильных стимулов для чиновников, то есть стимулов работать на необходимый обществу результат, – достаточно сложная и не всегда решаемая задача. И коррупция – лишь одна из сторон этой проблемы.

Централизованная и децентрализованная коррупция. Фирмы регулируются и контролируются большим числом государственных органов. Любой из них может заблокировать работу фирмы и, соответственно, требовать взятку за то, чтобы этого не делать. Если госорганы не координируются между собой, то мы имеем дело с децентрализованной коррупцией. В этом случае каждый госорган требует взятку, не озираясь на других, и в итоге сумма взяток становится слишком большой по сравнению с ситуацией координации. Кроме того, децентрализованная коррупция создает неопределенность в отношении того, когда и сколько надо будет платить, что еще более негативно влияет на финансовое поведение фирм, в том числе инвестиции.

Таким образом, ущерб от децентрализованной коррупции гораздо выше. Эти понятия ввели Андрей Шлейфер (Гарвард) и Роберт Вишни (Чикагский университет) в работе 1993 г.: они утверждали, что в коммунистических режимах была централизованная система, в то время как в современных России, Индии, некоторых африканских странах – децентрализованная. Эти понятия помогают объяснить, почему, например, Китай при высоком уровне коррупции, тем не менее, показывает впечатляющие темпы экономического роста.

Множественные равновесия. При одних и тех же условиях возможны как высокий, так и низкий уровень коррупции – то есть возможны множественные равновесия. Представим себе, что коррупции в обществе почти нет. Тогда в издержки коррупции для каждого чиновника входит не только возможное формальное наказание, но и порицание со стороны друзей и коллег. Это может сделать коррупцию невыгодной.

Если же большинство чиновников коррумпированы, то порицания нет или почти нет и, соответственно, издержки коррупции ниже, то есть быть коррумпированным становится выгодно. Как следствие, задача антикоррупционной политики заключается в том, чтобы «вытолкнуть» систему из плохого равновесия в хорошее, что возможно только при системном воздействии, то есть при комплексе больших и решительных мер. Именно это произошло, например, в Сингапуре и Грузии – двух историях успеха борьбы с коррупцией. Но эти и другие примеры – это примеры небольших стран, часто в особых условиях: например, в Сингапуре борьба с коррупцией началась после получения независимости от Великобритании в условиях автократического режима.

Что упоминается гораздо реже и что, наверное, даже важнее для заимствования опыта – это история борьбы с коррупцией в развитых странах. Все без исключения развитые страны имели высокий уровень коррупции еще относительно недавно. Взгляд экономистов на историю борьбы с коррупцией в США содержится в сборнике Corruption and Reform: Lessons from America’s Economic History (2006). К сожалению, волшебных рецептов здесь нет и большинство советов самоочевидны: достойные зарплаты чиновников, равное и справедливое правосудие и реальная возможность наказания за коррупцию, прозрачность и подотчетность. Можно выделить три ключевых фактора: политическая воля, давление избирателей и свободная пресса.

Материал публикуется в рамках цикла онлайн-лекций РЭШ «Экономика и жизнь». 4 июня состоится лекция Михаила Другова «Коррупция: почему ее нельзя победить, но как можно уменьшить?». Регистрация на лекцию доступна по ссылке.


Как победили коррупцию в Сингапуре? Эффективные методы борьбы


Коррупция, это раковая опухоль на теле любого государства. Коррупция, это самое страшное что может произойти с обществом. Коррупция рождает не эффективную экономику, рост цен, преступность, бунты и даже революцию.

Для того чтобы чиновник смог произвести действия коррупционного характера, ему нужны подельники, заместители, бизнесмены, прокуратура, прикрытие от вышестоящих госслужащих. И вот мы уже наблюдаем мафиозную группу, которая повязана друг с другом преступлением, которая обладает административным ресурсом и чувствует себя абсолютно безнаказанно. Они могут совершать и другие преступления ибо знают, что в случае чего, поддельники их прикроют.

Если гражданин или бизнесмен пострадавший от коррупции попытается наказать коррупционера-чиновника с помощью закона, у него это не получится, полиция не примет заявление, а суды не будут принимать обвинительное заключение. Более того на гражданина или бизнесмена может начаться банальная травля со стороны проверяющих органов или даже могут против него сфабриковать дело и отправить под суд. Газеты и телевидение не расскажут о коррупционных делах, ибо они подконтрольны административному ресурсу.

Коррупционер является потенциальным предателем и изменником родины, любая спецслужба проведя небольшие оперативные работы, может запросто выяснить о коррупционных связях чиновника и шантажировать его. Если коррупционер не будет выполнять приказы иностранных спецслужб, то в западной прессе появятся обличительные статьи о махинациях чиновника, чиновник попадёт в черный список стран америки и европы, все его счета в западных банках будут заморожены.

Можно сколько угодно рассуждать о пути развития государства, о борьбе с бедностью и преступностью, о прорыве экономики и т.д., но пока не будет уничтожена коррупция, любые начинания о развитии будут безрезультатны.

Сегодня я хочу вам рассказать как победили коррупцию в одном государстве под названием Сингапур. На самом деле как бы страшна не была коррупция на первый взгляд, она очень уязвима, самое главное чтобы был чист и честен всего один человек — руководитель государства.

Как победили коррупцию в Сингапуре

Борьба с коррупцией как приоритет

Сингапур — страна, победившая коррупцию буквально за 40 с небольшим лет. При этом удалось не только избежать массовых расстрелов чиновников, как в Китае, но и даже обойтись без особо жестких репрессий.

Когда британцы в середине 50-х годов покинули свою колонию — Сингапур, гражданам Сингапура досталась очень слабая законодательная база, практически необразованное население, низкие зарплаты, непрозрачная экономика, повсеместная коррупция. И крайне смутные перспективы. Ли Куан Ю вместе со своей партией «Народное действие» выиграл выборы и стал премьер-министром, именно он стал символом борьбы с коррупцией, лозунгом которого был: «Хочешь победить коррупцию, будь готов отправить за решётку своих друзей и родственников.».

Как вы уже поняли, одной из первых задач, которой занялась команда Ли Куан Ю, стало уничтожение коррупции и повышения доверия и уважения к государству среди населения.

Антикоррупционная кампания состояла из четырех элементов, первым из которых стало создание мощной независимой службы по борьбе с коррупцией. От британского колониального правительства осталось Бюро по расследованию коррупции — БРК, но его полномочия были крайне путаны, и занимались его сотрудники очень
мелкими делами в нижних и средних эшелонах полиции, среди инспекторов, контролировавших лоточную торговлю, инспекторов по землеустройству и т.д. Ли Куан Ю значительно усилил БРК, переподчинил его премьеру Сингапура и наделил поистине безграничными полномочиями.

Лишить чиновников неприкосновенности

Параллельно всех чиновников и их семьи лишили неприкосновенности. Агенты БРК получили право проверять банковские счета, имущество не только самих чиновников, но и их детей, жен, родственников и даже друзей! Если клерк и его семья живут не по средствам, бюро автоматически, не дожидаясь команды сверху, начинает расследование. Расследования БРК были сосредоточены на крупных взяточниках в высших эшелонах власти. С мелкими чиновниками-жуликами
боролись путем упрощения процедур принятия решений и удаления всякой двусмысленности в законах, вплоть до отмены разрешений и лицензирования в менее важных сферах общественной жизни. Параллельно судам было предоставлено право конфисковывать доходы, полученные в результате коррупции.

В 1989 г. максимальную сумму штрафа за коррупционные действия увеличили с 10 до 100 тысяч сингапурских долларов. Дача ложных показаний БРК или введение следствия в заблуждение стало нарушением, каравшимся тюремным заключением и штрафом до 10 тысяч сингапурских долларов. Причем БРК не раз проводило расследования и в адрес самого Ли Куан Ю, и в адрес его семьи, но результатов они не имели. За время деятельности БРК было посажено несколько федеральных министров, глав профсоюзов, общественных деятелей, топ-менеджеров государственных компаний.

Без компромиссов

Вот один из эпизодов, как власти Сингапура призывали к ответу высокопоставленных чиновников. Ви Тун Бун был министром министерства охраны окружающей среды в 1975 году, когда он совершил поездку в Индонезию со своей семьей. Поездка была оплачена подрядчиком, строившим жилье, интересы которого он представлял
перед государственными служащими. Он также получил от этого подрядчика особняк стоимостью 500 тысяч сингапурских долларов, а также два кредита на имя его отца на общую сумму 300 тысяч сингапурских долларов для спекуляций на фондовом рынке, которые были выданы под гарантии этого подрядчика. Он был обвинен, осужден и приговорен к четырем годам и шести месяцам тюрьмы. Он обжаловал приговор, но обвинение было оставлено в силе, хотя срок заключения
и был уменьшен до 18 месяцев.

Жить по средствам

Второй элемент антикоррупционной программы: в Сингапуре была фактически введена презумпция виновности агента правительства, любого государственного ведомства или государственной общественной организации. В 1960 г. был принят закон, который позволял считать доказательством взятки то, что обвиняемый жил не по средствам или располагал объектами собственности, которые он не мог приобрести на свои доходы, как подтверждение того, что обвиняемый получал коррупционные доходы.

Любое вознаграждение, полученное чиновником от лица, искавшего связи с правительством, будет считаться заплаченным коррупционным путем в качестве стимула или награды, пока не доказано обратное. Это фактически переносит бремя доказывания своей невиновности на служащего, который должен убедить суд, что вознаграждение не было получено в рамках коррупционной схемы. В случае, если вина чиновника доказана, то его имущество подлежит конфискации, чиновник платит огромный штраф, садится в тюрьму на достаточно приличный срок. При этом его семья считается опозоренной, и никто из членов семьи хорошую работу в Сингапуре найти не сможет.

Большая зарплата как залог порядочности

Третий элемент — были радикально повышены зарплаты чиновников. Ли Куан Ю утверждал, что госслужащим стоит платить самые большие зарплаты потому, что они заслужили это, представляя собой порядочное и честное правительство. Если им недоплачивать, они могут поддаться соблазну и вовлечься в коррупционные действия.

Повышение зарплат привело к тому, что в государственный сектор перешли лучшие специалисты. Когда в стране начался быстрый экономический подъем, заработная плата чиновников начала расти пропорционально доходам частного сектора. Госслужащим и судьям, занимающим ответственные посты, были подняты зарплаты до уровня топ-менеджеров частных корпораций. Первоначально заработная плата была установлена фиксировано на высоком уровне.

Ли Куан Ю посчитал эту систему неэффективной и предложил новую, согласно которой пересмотр жалованья министров, судей и высших государственных служащих стал бы автоматическим, привязанным к сумме налогов на доходы, уплачиваемых частным сектором. Сама формула расчета заработной платы, которая работает до сих пор, выглядит так: уровень оплаты труда чиновника определялся как 2/3 дохода работников частного сектора сопоставимого ранга, показанного ими в налоговых декларациях.

Фактор СМИ

Четвертый элемент — формирование независимых, объективных СМИ, освещавших все найденные факты коррупции. Чиновник, пойманный на чрезмерных расходах, взятке, сразу же становится «героем» первых полос.

Вот кратко об основных шагах к успеху в борьбе с коррупцией.


Harvard Business Review Россия

Предлагая решение той или иной проблемы, бизнес-консультанты часто обращаются к лучшему мировому опыту — мол, компания Х вышла из подобного положения так-то и так-то. Этот принцип понятен и эффективен: можно разложить ситуацию по полочкам и подсмотреть удачные ходы. Если задуматься, то страна — та же корпорация, правда, гораздо сложнее и больше. Могут ли опробованные другими приемы сработать и на государственном уровне? По методу best practice мы препарировали одно из самых неприятных порождений нашей действительности — коррупцию. Воспользовавшись открытыми источниками1, мы проанализировали три наиболее успешные антикоррупционные кампании — в Италии, Гонконге и Сингапуре и на их основе выработали собственный план борьбы со взяточничеством. Помогли нам в этом ведущие российские ученые — юристы и экономисты, которые долгие годы изучают теневую экономику. Они прокомментировали все удачные и спорные аспекты этих кампаний и попытались вместе с нами примерить их к российской жизни. И хотя наши собесед-

ники считают, что ни одну из операций нельзя скопировать, положительный опыт позволяет понять, что нужно делать, чтобы побороть коррупцию в России.

Италия. Коррупция в Италии — притча во языцех. На Апеннинах царит культ подношений и подарков, поэтому взятка в сознании обывателей давно перестала быть серьезным преступлением. Но к началу 1990-х коррупция опутала всю государственную систему и спровоцировала политический кризис, причем не последнюю роль в этом сыграл бизнес. В Италии партии обладают реальной властью, поэтому предприниматели покупали себе защиту, финансируя политиков. Постепенно практика стала нормой, а между бизнесом и функционерами образовались прочные коррупционные связи. Кое-где политики даже устанавливали таксу: например, одна компания из Калабрии ежемесячно сдавала на партийные нужды 4,5% прибыли, часть денег — около 3% — оседала в местном филиале, остальное отправляли в штаб-квартиру. На первый взгляд пожертвования безобидны. Но это не так. Чем теснее становились связи, тем больше возможностей появлялось у нечистых на руку бизнесменов: государственные заказы, важные контракты, инсайдерская информация.

Используя коррумпированных политиков, дельцы часто сводили счеты с конкурентами.

Рынок «крышевания» подкосила взятка в 14 млн лир (около $5 тысяч). Когда на ней попался Марио Кьеза, директор миланского пансиона для престарелых «Тривульцио», никто не придал этому особого значения. Но, увидев распечатки счетов обвиняемого, следователь прокуратуры Антонио Ди Пьетро очень удивился. Богатству подсудимого нашлось объяснение: он был членом правящей Социалистической партии. От директора пансиона ниточка потянулась к крупным итальянским политикам. Член Социалистической партии премьер-министр Беттино Кракси поспешил отречься от Кьезы, и тот, оскорбленный, принялся сдавать соратников одного за другим. Дальше сработал принцип домино. Так началась знаменитая операция «Чистые руки» (1993—1994), ставшая хрестоматийной в истории борьбы с коррупцией.

Ее итоги впечатляют: тюремные сроки получили более 500 политиков, в том числе пожизненный сенатор Джулио Андреотти и премьер Кракси. Под следствием оказались около 20 тысяч человек. Чтобы избежать обвинений, уволилось больше 80% чиновников. Бизнесу тоже досталось: в поле зрения органов попали сотрудники Fiat, Olivetti и других корпораций. Осужденные коррупционеры получили не только тюремные сроки, к ним применяли хорошо известную в СССР меру — конфискацию имущества. В экспроприированных домах размещали государственные учреждения: больницы, суды, полицейские участки. На бутылках с вином, которое было изготовлено из выращенного на конфискованных землях винограда, демонстративно красовалась надпись: «Сделано на винограднике, отобранном у мафии». Деньги коррупционеров направляли в социальную сферу и сельское хозяйство. Это был очень продуманный пиар-ход, который усилил общественную поддержку антикоррупционной кампании.

Может показаться, что вся эта операция — случайность от начала до конца. Но это не так. В любом случае ее успех был предопределен следующими факторами.

• Демократический строй. В Италии абсолютной властью не обладает ни премьер-министр, ни тем более президент, а сильные партии по-настоящему борются за власть, конкурируют и, значит, не прощают друг другу ошибок. Еще будучи премьером, Сильвио Берлускони несколько раз давал показания в суде. Много ли найдется стран, в которых удавалось допросить чиновника такого уровня? В придачу ко всему, к концу 1980-х — началу 1990-х обострилась политическая обстановка в Италии. Две самые сильные партии — Социалистическая и Христианско-демократическая, которые больше других были замешаны в коррупции, узурпировали власть. Естественно, это не нравилось другим политическим игрокам. Потому они ухватились за «дело Кьезы» и не дали его замять.

• Свободные СМИ. От телевидения и прессы не стали скрывать подноготную, и журналисты с удовольствием раскрутили скандал, разбудив широкие слои населения.

• Последовательность правоохранительных органов. В статье в журнале «Эксперт» Ди Пьетро отмечал: «Цель операции состояла в том, чтобы обнажить всю глубину явления в расчете на то, что дальше пойдут другие — те, кто продолжит демонтаж коррупционной системы». Другие пошли.

• Сильная и независимая судебная власть. Независимость магистратуры (прокурорских служащих, судей, следователей) в Италии провозгласила еще Конституция 1947 года. Назначить или снять с должности служителей Фемиды может только Высший совет, большинство членов которого выбираются самой магистратурой. В своих решениях он ни от кого не зависит. Именно поэтому Ди Пьетро, начавший кампанию, которая осложнила жизнь очень многим влиятельным людям, не был уволен и смог продолжить начатое. Кроме того, уже в ходе кампании следственным органам разрешили свободно допрашивать членов парламента, что сильно облегчило ход операции «Чистые руки».

Конечно, одна кампания не могла вытравить коррупцию окончательно. Но она разбудила пассивное общество и запустила механизм обновления и очищения. В опубликованном в 2006-м году рейтинге уровня восприятия коррупции, который составляет Центр антикоррупционных исследований и инициатив Transparency International, Италия заняла умеренное 45-е место из 163. Россия, к слову, находится на 121-м.

Реально ли провести похожую кампанию у нас? В уже упомянутой статье Ди Пьетро признавал: «На мой взгляд, сегодня в России действия, подобные операции “Чистые руки”, невозможны, поскольку у вас нет независимой прокуратуры и независимого суда. Находясь под влиянием государства, они — как птицы с подрезанными крыльями». Наши эксперты считают, что причины лежат глубже. «Италия — нормальная капиталистическая страна. Просто в силу историко-культурных причин она сильно коррумпирована, — объясняет в беседе с “HBR — Россия” президент общественного фонда “Индем” Георгий Сатаров. — А вот Россия находится на переходном этапе. Я уже молчу о системных различиях: Италия — это все-таки демократия, а бюрократия там подконтрольна политическому классу. Ни того, ни другого в России нет».

Без этих условий широкомасштабная антикоррупционная кампания обречена. С другой стороны, уже сегодня можно позаимствовать и применять в России кое-какие методы Ди Пьетро и его коллег. В основном речь о карательных мерах — например, конфискации имущества, которую в Италии традиционно применяют к коррупционерам и мафиози. Профессор кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ Нинель Кузнецова считает, что закон о конфискации для нас жизненно важен: «Сажать взяточников надолго совсем необязательно, главное, чтобы чиновники почувствовали неотвратимость наказания. На изъятые деньги итальянцы поднимают экономику — сельское хозяйство, например». Российское общество очевидно поддержало бы такие меры. Заведующий сектором уголовного права и криминологии Института государства и права РАН Виктор Лунеев, который активно изучал итальянский опыт непосредственно на Апеннинах, еще более категоричен: «Конфискация есть во всех странах мира и предусмотрена всеми международными конвенциями, подписанными и ратифицированными Россией. Это самая гуманная и эффективная мера для жулья: украл — верни. Конфискация существует с древних времен, и оснований для ее отмены нет». Недавно она была возвращена в российский Уголовный кодекс — правда, перестала быть обязательным наказанием и назначена может быть по инициативе суда (по мнению Лунеева, это дискредитирует саму идею конфискации).

Но, ужесточая законы, важно не перестараться. «Сейчас за взятку можно получить пять лет лишения свободы максимум», — говорит директор Саратовского центра по исследованию проблем организованной преступности и коррупции Наталья Лопашенко. Если увеличить этот срок, то пострадают не мздоимцы от власти, а простые медики, работники ЖЭКов и паспортных столов, предостерегает эксперт. Хотя это уже вопрос о независимости и профессионализме нашей правоохранительной и судебной систем.

Гонконг. Гонконг — одна из финансовых столиц мира. Чтобы добиться этого, властям понадобились тридцать лет и гигантские усилия. В начале 1970-х Гонконг был очагом преступности — под крылом коррумпированной полиции процветали рэкет, наркоторговля и проституция. И тогда власти решились на радикальные меры — они упразднили бесполезную антикоррупционную службу, входившую в состав МВД, и в 1973 году вместо нее учредили Независимую комиссию по борьбе с коррупцией (НКБК). Она стала подчиняться напрямую губернатору Гонконга. Опасаясь притока в НКБК продажных полицейских, туда брали прогрессивную молодежь: выпускников лучших университетов и молодых специалистов, не успевших пока обзавестись вредными связями. Губернатор лично назначал каждого члена комиссии — на шесть лет без возможности переизбрания.

НКБК состоит из трех департаментов: оперативного, профилактического и по взаимодействию с общественностью. Оперативный занимается сыскной работой: вычисляет и разрабатывает взяточников, допрашивает их и отправляет дела в суд. Профилактический выявляет коррупционные связи в госаппарате и изучает схемы взяточников. Главная его задача — найти уязвимые места в госмашине. Департамент по взаимодействию с общественностью ведет пропагандистскую работу и отслеживает настроения в обществе.

За долгие годы коррупция в Гонконге превратилась в разветвленную систему. Понимая это, НКБК первым делом взялась за крупную рыбу. Посадив за решетку самых влиятельных из продажных должностных лиц, она обезглавила коррупцию. Очень важно, что в сознании обывателей члены комиссии не стали карателями, хватавшими проворовавшихся чиновников по ночам. Этому способствовало то, что их работу с самого начала активно освещали СМИ. Параллельно с силовыми акциями правительство вело пропаганду, стараясь подключить к проблеме все общество.

НКБК получила беспрецедентные полномочия. Фактически ее сотрудники работают по законам военно-полевого суда: могут арестовать чиновника, руководствуясь лишь обоснован-ными подозрениями, долгое время держать его под арестом без предъявления обвинений, замораживать банковские счета. Многие радикальные нововведения закреплены в законодательстве. Один из законов установил презумпцию виновности для чиновников, живущих на широкую ногу. Для НКБК этого достаточно, чтобы возбудить уголовное дело. Обвиняемый избежит преследования, только если докажет легальность происхождения денег. Иначе ему грозят десять лет тюрьмы.

Сотрудники НКБК сами могли бы легко пополнить ряды взяточников, но правительство позаботилось о том, чтобы этого не произошло. Зарплаты в НКБК в среднем на 10% выше, чем у других служащих, и за ними надзирают общественные комитеты, составленные из чиновников, предпринимателей и представителей интеллигенции.

Работа НКБК стала приносить плоды уже через год. В 1974-м количество доведенных до суда коррупционных дел удвоилось по сравнению с предыдущим годом — 218 против 108. Сейчас Гонконг — одна из наименее коррумпированных в мире стран (в уже упоминавшемся рейтинге Transparency International в 2006 году Гонконг занял 15-е место).

Но, по мнению экспертов, гонконгская модель не годится для России. Главная причина — в различиях менталитета. Власти Гонконга делали ставку на всеобщее уважение законов. «Моральные нормы в азиатских странах сложились сотни лет назад и известны каждому. Конфуцианство, например, — не религия, а фактически свод законов, — говорит профессор кафедры экономической социологии ГУ—ВШЭ Светлана Барсукова. — В России ничего похожего нет, откуда взяться пиетету к закону?» Скопировать модель мешает и непохожесть систем правосудия. «В государствах Юго-Восточной Азии есть проблемы с объективностью: подозреваемого наказывают сразу, не очень разбираясь, виноват он или нет, — объясняет Наталья Лопашенко. — У них свое понимание законности, поэтому арест без предъявления обвинений там не проблема. Но в России законодательство западного типа, в его основе лежит принцип субъективного вменения» (согласно ему человек подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия и их последствия, в отношении которых установлена его вина). Разворачивать уголовно-процессуальное законодательство на 180 градусов — плохая идея. К тому же гонконгская жесткость просто не пройдет. «У нас очень сильное классовое расслоение, а в Гонконге у всех граждан доходы примерно одинаковые, — объясняет Нинель Кузнецова. — Местные власти могут позволить себе вести себя жестко». Это не вызовет раскола в обществе, ведь оно однородно.

Идея создания специального антикоррупционного ведомства в России также не нашла поддержки у экспертов. «Никакие комитеты не нужны, надо просто следить за тем, чтобы соблюдались законы, — убеждена Нинель Кузнецова. — У нас есть милиция и прокуратура, этого вполне достаточно». «В расследовании и ведении коррупционных дел специфики нет, кроме должностного статуса подозреваемых», — согласна Наталья Лопашенко. Больше того, спецслужба сама может стать рассадником коррупции. «Специальный орган с широкими полномочиями легко превращается в неконтролируемый, — считает Светлана Барсукова. — Тогда нужно создавать службу, которая будет контролировать этот специальный орган.

Естественно, такая “матрешка” сводит на нет всю борьбу». В Гонконге эту проблему решили просто: роль надзорного органа там выполняют гражданские комитеты. Готово ли наше общество к такой ответственности — вот вопрос.

Сингапур. «Азиатские тигры» преуспели в борьбе с коррупцией. Еще одно тому подтверждение — Сингапур. Получив независимость в 1965 году, страна вынуждена была одновременно решать множество проблем. Одной из них была коррупция.

Впрочем, работа в этом направлении началась даже чуть раньше. Скудный бюджет страны не позволял правительству провести дорогостоящую кампанию. Первым этапом стало изменение законодательства. Еще в 1960 году был принят Акт о предотвращении коррупции (РОСА). Он преследовал две цели: нейтрализовать коррупционноемкие статьи и ужесточить наказание за взяточничество. Еще до этого был создан специальный орган — Агентство по борьбе с коррупцией (АБК), директор которого подчинялся напрямую премьер-министру страны. Но до принятия РОСА работа агентства не приносила ощутимых результатов.

РОСА устранил несколько серьезных препятствий. Во-первых, он дал четкое и емкое определение всех видов коррупции. Взяточники не могли больше увиливать, получая «благодарность» в форме подарков и прячась за размытыми формулировками. Во-вторых, РОСА регламентировал работу агентства и дал ему серьезные полномочия. В-третьих, он увеличил тюремные сроки за взятки. Все это развязало руки Агентству: оно получило разрешение задерживать потенциальных взяточников, проводить обыск у них в домах и на работе, проверять банковские счета и т.д. В ведомстве три отдела: оперативный, административный и информационный. Два последних кроме поддержки оперативной работы отвечают и за «чистоту» бюрократии. В их ведении отбор кандидатов на высокие государственные должности, профилактические меры и даже организация тендеров на госзаказы.

Позже сингапурское законодательство несколько раз дополняли, например, в 1989 году ввели конфискацию имущества. Жесткий контроль дал неплохие результаты, поэтому власти перешли ко второму этапу борьбы со взяточничеством — «мягкому».

Начиная со второй половины 1980-х правительство стало работать над «качеством» бюрократии. Чиновникам серьезно подняли зарплаты (в дальнейшем это делали каждые несколько лет), что должно было удержать их от взяток. Сейчас оклады высших должностных лиц страны высчитываются в зависимости от средних заработков в бизнесе и доходят до $20—25 тысяч в месяц. И парламентарии, и население восприняли с недоверием эту инициативу, но премьер-министр Ли Куан Ю публично обосновал ее целесообразность.

Правительство задумало сделать профессию чиновника не только высокооплачиваемой, но и уважаемой. В Сингапуре на государственном уровне проповедуется принцип меритократии. Путь наверх открывается перед самыми умными, прогрессивно мыслящими и способными. За это отвечает Агентство по борьбе с коррупцией. Вербовка происходит еще в школе, а дальше будущую элиту ведут: помогают поступить в университет, отправляют на учебу и стажировку за границу, поощряют успехи. Так постепенно чиновничий аппарат обновлялся правильно выученными и воспитанными кадрами, многие из которой пополняли ряды агентства. Все это на фоне жесткого давления коррупционеров.

Политика кнута и пряника принесла плоды: уровень коррупции в Сингапуре упал в разы (5-е место в рейтинге восприятия коррупции Transparency International 2006 года).

Местная бюрократия считается одной из самых эффективных в мире. И самой высокооплачиваемой — заработки чиновников выше, чем у равных им по статусу служащих в США. «Проекты и Гонконга, и Сингапура — правильные, эффективные, — говорит Георгий Сатаров. — Но очень специфические, хотя бы потому, что масштабы обеих стран несопоставимы с Россией». По мнению Сатарова, на нашей огромной территории жесткие управленческие сигналы не сработают. А вот доцент кафедры институциональной экономики ГУ—ВШЭ Юрий Латов считает верным сам сингапурский принцип: усилить наказание, а потом резко повысить зарплату. «Что-то похожее сейчас происходит у нас в здравоохранении, — рассказывает он. — Врачам стали повышать зарплату, а теперь ужесточают борьбу с “подарками”. Еще ввели “телефон доверия”, по которому принимаются жалобы пациентов на врачей-вымогателей». Осталось только дождаться результатов.

Сингапурские власти добились больших успехов в том, что касается работы с чиновниками. «Меритократия — главное, что мы должны перенять у азиатов», — считает Наталья Лопашенко. Однако отбор и воспитание лучших выпускников вузов может занять десятилетия, это подтверждает опыт Сингапура. Поэтому ударной кампании — традиционно любимой в России «забавы» — будет явно недостаточно.

Модель для сборки

Ни одну стратегию нельзя скопировать «как есть» — ментальные и экономические различия не дадут этого сделать. Но анализ всех трех кампаний позволяет понять главное: чтобы борьба со взяточничеством принесла результат, нужны особые условия (демократия, как в Италии, или полувоенное положение и меритократия, как в странах Азии). Как создать их в России? Что должно сделать государство?

Устранить системные препятствия. Георгий Сатаров называет четыре причины, по которым российские власти не преуспели пока в борьбе со взяточниками.

• Нет внешнего контроля над бюрократией. Если в Италии, Швеции или любой другой развитой демократической стране политики контролируют армию чиновников, то в России чиновники никому не подконтрольны. «Пока не будет партийной конкуренции, о нормальной антикоррупционной кампании не может идти и речи», — считает Сатаров.

• Нет независимых общественно-политических СМИ. «Либо слабы, либо зависимы» — так описывает состояние дел Сатаров. И снова приводит в пример Италию, где СМИ раскрутили дело Марио Кьезы, а потом освещали всю операцию. У партийных лидеров просто не было рычагов влияния на редакторов и издателей.

• Не развито гражданское общество. Гражданское общество (оно сильно в Европе и США, в странах Юго-Восточной Азии еще не развито, но там существует уважение к власти) — вот залог успеха антикоррупционных кампаний. «В Италии Ди Пьетро с коллегами опирался на общественность, и это сыграло решающую роль», — напоминает Юрий Латов.

• Власть непрозрачна. Это следствие трех первых причин.

Начинать «лечение» системы от коррупции нужно именно с этих проблем, а потом делать вполне понятные тактические шаги: создавать независимую судебную систему, если потребуется — специальную службу вроде гонконгской НКБК, чистить ряды и изменять принцип оплаты труда чиновников и т.д. Наши эксперты советуют начать с главного.

Переработать законодательство. Плохие законы могут похоронить любую антикоррупционную инициативу, продуманные — гарантированно облегчат ее ход. Азиатским странам помогли жесткие статьи, например, позволяющие выносить приговор на основе неподтвержденных сведений. Но восточные принципы правосудия вряд ли приживутся в стране европейского типа. Наши собеседники сходятся во мнении: переписывать законодательство не нужно, но менять его придется. И делать это нужно целенаправленно.

• Во-первых, изменить принцип формирования законов. «На Западе закон формализует сложившееся положение вещей. В процессе хозяйствования люди опытным путем приходили к тому, какими должны быть правила», — рассказывает Светлана Барсукова. Именно так у нас появился 13-процентный налог: как бы ни пытались увеличивать собираемость, люди по-хорошему платили только 13%. Но вообще-то российское законодательство создавалось иначе — его попросту соткали из лучших мировых законов. Оно безупречно, но не «настроено» под нашу страну. «Все гораздо серьезнее, — замечает Сатаров. — На Западе социальные институты были результатом естественного институционального дрейфа. В результате они сформировались не как вещь в себе, а во взаимосвязи и сопряжении с другими институтами». Если в США закон о ценных бумагах появился уже после того, как заработал рынок, то в России это произошло почти одновременно. Многие наши институты оторваны от реальности. В идеале погрешности и неточности закона должен устранять его субъект. Мера уместная для быстро развивающейся страны — это своего рода замена многовекового институционального дрейфа, который проделали западноевропейские демократии. Получается самонастраивающаяся система, где изменение — ответ на инициативу бизнеса и граждан, а не реакция на их прегрешения. Если назрела необходимость изменить таможенное законодательство, лучше прислушаться к роптанию импортеров, чем ловить их за руку у властных кабинетов. «Реакция всегда запаздывает, а значит, борьба с коррупцией может продолжаться вечно», — подтверждает Светлана Барсукова.

• Во-вторых, насколько это возможно, «обелить» законодательство. Некоторые процедуры сейчас вне закона, хотя в них нет ничего уголовного. Яркий пример — законопроект о лоббировании, который несколько раз отклоняла Дума. «А что остается предпринимателям, кроме взятки? — рассуждает Светлана Барсукова. — Закона о лоббировании нет, поэтому им приходится защищать свои интересы, подкупая чиновников». Если вдуматься, ситуация странная: крупный бизнес вынужден идти на преступление и давать взятку, даже продвигая прорывную технологию. А ведь попытка донести свою позицию до сведения законодателей — не криминал. От четко прописанной процедуры внесения бизнес-инициатив выиграют все. Бизнесу незачем будет давать взятку, чтобы его выслушали, а власти обесточат мощную коррупционную схему.

• В-третьих, избавиться от «правовых пустот» — неточностей, недоговорок и общих формулировок в законах. «Пустоты» — магнит для коррупционеров. Пока что их много. Нинель Кузнецова говорит, что наши законы настолько хороши, что «даже ооновская антикоррупционная Конвенция хуже», но тут же оговаривается: в законодательстве нет категории «незаконное обогащение» (в Конвенции ООН есть). Появись она, можно было бы привлекать к ответственности чиновников, которые не могут объяснить происхождение своего капитала.

Виктор Лунеев считает одной из самых эффективных форм воздействия на корыстных преступников конфискацию, которая широко применяется в США и Европе. Профессор вместе с соавторами — академиком РАН Владимиром Кудрявцевым и профессором МГУ Нинелью Кузнецовой — предлагали Думе проект закона о восстановлении конфискации. Ученые планировали распространить эту меру на все тяжкие и особо тяжкие «деяния корыстной мотивации». Но парламентариям идея не понравилась. Взамен депутаты перечислили 45 составов деяний, попадающих под конфискацию. «Однако в этом перечне почти нет преступлений против собственности и преступлений, совершаемых в сфере экономической деятельности», — рассказывает Лунеев. Зато там есть убийство, умышленное причинение вреда, теракт, призыв к терроризму, диверсия, организация экстремистского сообщества и т.д. «Но эти деяния не корыстные и конфисковывать там нечего! — возмущается ученый. — Наверное, у думцев сработал закон самосохранения. Я не предлагаю списать статью о конфискации с нормы советских времен, где конфискация была полной: человека оставляли буквально с кроватью, фуфайкой, ложкой и чашкой. Это неправильно. Конфискации должно подлежать все “прихваченное” или его эквивалент, если “прихваченное” уже потрачено». Но законодателям такая трактовка пришлась не по душе.

Криминологическую и коррупционную экспертизу законодательства, а она, по мнению экспертов, очень нужна, до сих пор не провели. «Есть явно коррупционноемкие статьи», — считает Наталья Лопашенко. В пример она приводит статью 575 ГК РФ, которая разрешает государственным служащим принимать подарки, если их стоимость не превышает пяти МРОТ. Видимо, с заполнения «правовых пустот» и надо начинать российскому правительству.

Найти «опорный» класс. Гонконгское правительство положилось на прогрессивную и решительную молодежь, которая составила костяк НКБК. Сингапурские власти сами вылепили класс честных бюрократов и теперь могут смело на них рассчитывать. На кого будет опираться наше государство? Пока такой социальной группы нет. Понятно, что в идеале речь идет о представителях цивилизованного бизнеса, которых взяточники донимают больше других. Но это только в идеале. «Бизнес не годится на эту роль. С одной стороны, он сам глубоко втянут в коррупционные схемы, с другой — находится под слишком жестким прессом властей», — говорит Юрий Латов. Остается набирающий темпы средний класс — прогрессивные образованные люди с четкими жизненными установками и моральными принципами. Надо только не мешать ему развиваться, и тогда через несколько лет он станет проводником антикоррупционной философии.

Создать благоприятную среду. В Италии и в азиатских странах борьбу со взяточничеством активно поддерживало население. В России коррупцию воспринимают как нечто самой собой разумеющееся, и это большая проблема. Вот в каких направлениях надо двигаться, чтобы переломить ситуацию.

• Работать с молодыми специалистами и студентами. Здесь можно взять на вооружение азиатский принцип меритократии. «Пока мы не начнем формировать у молодежи правильный взгляд на вещи, пока она не проникнется осознанием того, что плохо не только красть, но и брать взятки, с мертвой точки дело не сдвинется», — уверена Наталья Лопашенко. Она вспоминает недавний социологический опрос (см. схему «Можете ли вы воспользоваться коррупционными связями?»), который показал, что даже студенты-юристы не готовы отказаться от некоторых видов «бытовых» взяток: в ГАИ, в военкомате и т. д. Что уж говорить об остальных. Прививать уважение к закону надо еще в вузе, считает Лопашенко.

• Работать с чиновниками. И снова мы возвращаемся к принципу меритократии. Кроме обычной пропаганды можно прибегнуть к такому нетрадиционному для России методу, как частая ротация кадров. Полтора года на одной должности, год на другой — и человек просто не успевает обзавестись вредными связями. Жизнеспособность идеи подтверждает профессор Лопашенко: в европейских странах практикуется постоянная ротация служащих среднего и низшего уровня, а именно они и составляют большинство. Еще эксперт предлагает ввести постоянный мониторинг коррупции во всех госучреждениях. «Пока мы проводим замеры на добровольных началах, — говорит она. — Нужно сделать их обязательными и плановыми. А результаты публиковать в СМИ».

• Работать с населением. Не юрист не в состоянии разобраться не то что в юридических тонкостях, но даже в самой сути коррупционных дел. «Да и законы часто пишут таким языком, что чиновники выступают оракулами», — замечает Светлана Барсукова. Конечно, трактовать «непонятные» статьи в свою пользу очень удобно. Нинель Кузнецова вспоминает, как когда-то лучшие вузовские преподаватели читали публичные лекции «для народа». Она даже предлагает возродить народные дружины и товарищеские суды. Профессор уверена, что атмосфера открытости — на пользу борьбе с коррупцией.

Подготовив таким образом почву и добившись ощутимых успехов в построении гражданского общества, можно запускать свои «Чистые руки». Понятно даже, когда лучше всего это сделать. Юрий Латов напоминает: как правило, серьезные реформы в России происходили после смены власти. Элита зацементирована личными связями, и, пока они не разрушены, система будет противоборствовать любым преобразованиям. «Так что глобальные изменения нужно приурочить к смене элиты — другого выхода нет», — считает Латов. Конец 2007-го — начало 2008 года — очень удачный момент.


Примечания

1. Robert E Klitgaard; Ronald MacLean Abaroa; H Lindsey Parris. Corrupt Cities a Practical Guide to Cure and Prevention. Publisher: Oakland, Calif: ICS Press; Washington, DC: World Bank Institute, 2000; Монтанелли И., Черви М., Ди Пьетро А. Италия — операция «Чистые руки». Юридический дом «Юстицинформ», 1999; Иванов А.М., Корчагин А.Г. Коррупция и борьба с ней в странах Азиатско-Тихоокеанского региона. «Юрист», 2001.

Источник: анкетирование по вопросам борьбы с коррупцией, проведенное Саратовским Центром по исследованию проблем
организованной преступности и коррупции
в январе — феврале 2007 года.

image

Источник: опрос, проведенный в апреле 2005 года Саратовским Центром по исследованию проблем организованной преступности и коррупции в целях выявления общественного мнения по проблеме коррупции в России и эффективным мерам борьбы с ней.

image

Результаты опроса, проведенного на нашем сайте в июне — июле 2008 года.

Ли Куан Ю: авторитарный творец сингапурского чуда

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

Ли сделал Сингапур процветающим и практически свободным от коррупции государством

«Отец сингапурской нации» Ли Куан Ю скончался вечером в воскресенье на 92-м году жизни. Ли управлял островом на посту премьер-министра в течение 31 года: с момента как Сингапур получил независимость в 1959 году.

Расчетливый стратег и беспощадный прагматик, Ли Куан Ю превратил Сингапур из крошечного острова без каких-либо природных ресурсов в процветающую экономику.

Он успешно сплотил сингапурцев для достижения того, что часто называют экономическим чудом, сочетания частного и государственного капитализма.

Ли сделал Сингапур процветающим, современным, эффективным и практически свободным от коррупции — и туда устремились иностранные инвесторы.

Но восхищаясь его экономическими успехами, многие выражают скепсис тем, что стало при Ли Кван Ю с правами человека.

Учеба в Кембридже

Ли Куан Ю родился 16 сентября 1923 года в Сингапуре, в семье третьего поколения китайских иммигрантов.

Его воспитание проходило под сильным британским влиянием, и его дед называл его Харри Ли — под этим именем он и был известен в молодости.

Ли отправили в английскую школу в Сингапуре, но дальнейшее его образование было прервано японской оккупацией, начавшейся в 1942 году.

Автор фото, AP

Подпись к фото,

Ли Куан Ю на выборах в Сингапуре в 1958 году

В течение следующих трех лет он торговал на черном рынке, а также благодаря своему хорошему английскому устроился работать в японский оккупационный департамент пропаганды.

После войны он ненадолго оказался в Лондонской школе экономики, прежде чем перевестись в Кембридж, где он получил двойную степень в юриспруденции.

Во время своего пребывания в Англии Ли стал преданным слушателем радио Би-би-си и даже принимал участие в предвыборной кампании своего университетского товарища, который боролся за место в парламенте графства Девоншир.

Ли со студенческих времен считал себя последовательным социалистом, поэтому по возвращении в Сингапур он не раздумывая пошел в профсоюзное движение и со временем стал одним из главных профсоюзных юристов.

С Малайзией и без

В 1954 году Ли Кван Ю основывает Партию народного действия (ПНД) и становится ее генеральным секретарем. Эту должность он будет занимать следующие сорок лет.

ПНД получила большинство мест в парламенте на выборах 1959 года — Сингапур к тому времени уже обрел фактическую независимость, став самоуправляемым государством в составе Британской империи.

А сам Ли Куан Ю занимает кресло премьер-министра.

Подпись к фото,

В 1969 году Ли Куан Ю (в центре) принимал участие в программе Би-би-си «Панорама»

В 1963 году Ли заключает договор о слиянии Сингапура с Малайзией, но этот союз продлился недолго. Идеологические противоречия и череда ожесточенных столкновений между этническими группами привели к исключению Сингапура из федерации и обретению им уже полноценной независимости.

Для Ли это было непростым решением, так как он рассчитывал, что союз с Малайзией поможет Сингапуру преодолеть наследие колониального прошлого. Он называл это решение «мучительным выбором».

Однако между Сингапуром и Малайзией по-прежнему сохранялись коммерческие и военные связи, а Британия согласилась сохранить здесь свою свою военную базу в качестве гарантии безопасности двух государств.

Ли приступил к масштабной программе реформ, которые должны были превратить Сингапур из «помойки убожества и деградации», как его описывали в местной прессе тех времен, в современное индустриально развитое государство.

Цена реформы

Ради проведения экономической реформы Ли Куан Ю ввел под жесткий контроль все остальные сферы жизни города-государства и прежде всего политику. Сингапур — по-прежнему одно из самых регулируемых обществ в мире.

Оппоненты Ли оказывались в тюрьме без суда и следствия, прессе затыкали рот и ограничивали доступ информации из-за рубежа, многие журналисты были арестованы.

«Свобода прессы, свобода СМИ, должна быть подчинена первостепенным нуждам целостности Сингапура», — говорил Ли.

Автор фото, AFP

Свои действия он оправдывал тем, что газеты финансировались зарубежными недоброжелателями Сингапура.

Ли считал, что в развивающейся стране некоторые свободы должны быть принесены в жертву. Альтернативой антикоммунизму был коммунизм, и для западной концепции либеральной демократии, в представлении Ли, просто не оставалось места.

Тем не менее, некоторые из его критиков утверждают, что большинство в парламенте и так обеспечил бы ему достаточный уровень безопасности, без необходимости репрессивных мер.

Будучи убежденным антикоммунистом, Ли был обвинен в использовании методов, присущих коммунистическим режимам, однако, в отличие от них, народ Сингапура по крайней мере получил финансовые выгоды от его правления.

С 1960 по 1980 годы валовый национальный продукт на душу населения в Сингапуре увеличился в 15 раз.

По израильской модели

Примером послужил Израиль, окруженный в то время враждебными арабскими государствами. «Подобно Израилю, мы должны были перепрыгивать через остальные страны региона и привлекать международные компании», — говорил Ли.

Он понимал важность установления добрососедских отношений с Китаем, и в этом ему помогла его личная дружба с китайским лидером Дэн Сяопином.

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

За годы правления Ли Куан Ю Сингапур превратился в богатое, индустриально развитое государство

Дэн Сяопин, посетивший Сингапур в 1978 году, выразил восхищение экономической политикой Ли; в свою очередь, Ли был впечатлен реформами Дэн Сяопина в Китае.

Ли ввел меры жесточайшей борьбы с коррупцией, которая была неотъемлемой частью прошлой колониальной экономической модели, и приступил к осуществлению программы строительства дешевого жилья, создания рабочих мест и индустриализации.

Одновременно он вел политику сближения различных этнических групп острова с целью создания новой уникальной идентичности народа Сингапура, основанной на мультикультурализме.

«Три незабываемых удара»

А еще он верил в эффективность телесных наказаний, испытав их на самом себе в школьные годы.

«Я наклонился через стул и, прямо как был, в штанах, получил три незабываемых удара по тому самому месту», — вспоминал потом Ли.

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

С 1960 по 1980 годы ВВП Сингапура увеличился в 15 раз

«Я никогда не понимал, почему западные педагоги-методисты выступают против телесных наказаний. Ничего страшного ни со мной, ни с моими однокашниками не случилось», — удивлялся премьер-министр Сингапура.

К тому времени, когда Ли покинул свой пост, телесные наказания стали неотъемлемой частью судебной системы Сингапура, к ним приговаривают по 40 с лишним статьям местного уголовного кодекса.

Ли также ввел принял меры по контролю за рождаемостью и планированию семьи, введя дополнительный налог на тех, кто имел больше двух детей.

Нация нянечек

Позже он пытался повысить привлекательность создания семьи среди образованных девушек, освободив их от налога на детей, который приходилось платить их менее образованным сестрам.

Все население Сингапура словно вновь оказалось в школе.

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

Ли Куан Ю проводил политику сближения различных этнических групп острова

Сингапурцев учили как быть вежливыми, как быть менее шумными, что надо спускать после себя воду в туалете и что плохо жевать жевательную резинку. В городе не было ни одного граффити, потому что правительство постановило, что их быть не должно.

«Нас называли нацией нянечек, — как-то сказал Ли в интервью Би-би-си. — Но в результате мы сегодня лучше умеем себя вести и живем в более приятном месте, чем 30 лет назад».

Тем не менее, несмотря на более высокие стандарты жизни и рост благосостояния, молодые избиратели выступали против Ли Куан Ю и вставали на сторону главной оппозиционной партии.

В январе 1985 года он ввел в кабинет министров молодых технократов, и это позволило Ли одержать очередную убедительную победу на выборах, хотя экономика переживала тогда трудные времена.

Семь побед на выборах

Всего Ли одержал вместе со своей партией семь подряд побед на выборах, и ушел в отставку лишь в 1990 году, установив тем самым мировой рекорд самого продолжительного пребывания в должности премьер-министра.

Однако и после этого он продолжал активно участвовать в политике, возглавив кампанию по пропаганде изучения сингапурцами китайского языка — наряду с английским.

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

После своей отставки Ли Куан Ю продолжал активно участвовать в политике Сингапура

За время его правления Сингапур превратился из развивающейся страны в одну из ведущих индустриальных держав Азии.

Есть те, кто считает, что успех реформ был куплен ценой личных свобод и преследования критически настроенных средств массовой информации.

Сам он сформулировал свою философию будущего Сингапура в интервью, которое он дал китайскому телевидению в 2005 году.

Ли заявил: «В новом мире мы должны найти нишу для себя, маленькие углы, где, несмотря на наш небольшой размер, мы можем выступить в роли, которая будет полезна для всего мира».

Ўзбекистонда коррупцияга қарши кураш /Борьба с коррупцией в Узбекистане — История Сингапура. Опыт борьбы с коррупцией в Сингапуре… К моменту обретения независимости в 1965 году Сингапур находился в крайне тяжелом экономическом положении и была насквозь пронизана беззаконием… Законодательство было импортировано британскими колонизаторами из далекой Англии, правоохранительные органы оказались не в состоянии противостоять организованной преступности, а большинство чиновников участвовало в коррупционных схемах. Население имело низкий уровень образования и не умело отстаивать свои права. И в такой момент, лидеры страны пришли к пониманию насущной необходимости обуздать коррупцию в стране, сознавая, что без этого страна не имеет будущего. Это послужило основанием для принятия целой системы мер, отличавшихся строгостью и последовательностью.

Действия чиновников были регламентированы, бюрократические процедуры упрощены, был обеспечен строгий надзор за соблюдением высоких этических стандартов. Органом, воплотившим эти меры в жизнь и сохранившим свои полномочия и сегодня, стало специализированное Бюро по расследованию случаев коррупции. Граждане обращались в Бюро с жалобами на действия госслужащих и требовали возмещения убытков. Одновременно с этим, было ужесточены меры уголовного наказания за коррупционные действия, повышена независимость судебной системы, резко поднята зарплата судей и обеспечен их привилегированный статус, введены чувствительные экономические санкции за дачу взятки или отказ от участия в антикоррупционных расследованиях. Жёсткие акции (вплоть до увольнения всех сотрудников таможни) были проведены во многих государственных ведомствах. Эти меры сочетались с уменьшением вмешательства государства в экономику, повышением зарплат чиновников и подготовкой квалифицированных административных кадров. «Процент», «вознаграждение», «бакшиш», «грязь»,– как бы ни называли коррупцию на местном жаргоне, она является одной из черт азиатского образа жизни. Министры и должностные лица не могут прожить на свое жалование так, как того требует их положение. Чем выше должность, тем больше их дома, тем более многочисленны их жены, любовницы, украшенные драгоценностями в соответствии с положением и влиянием их мужчин. Сингапурцы, которые занимаются бизнесом в таких странах, должны быть начеку, чтобы не занести подобные привычки домой», писал Ли Куан Ю, премьер министр страны, один из инициаторов реформ в Сингапуре. ********************* Сегодня Сингапур, это жёсткое авторитарное государство, которая занимает лидирующие места в мировых рейтингах по отсутствию коррупции, экономической свободе и уровню развития. Конечно, сложно сравнить маленькое островное государство с населением в 4 млн. человек, с 32 миллионной страной, как наша, у которая своя иная история, советское прошлое. Где страной, на протяжении последних 25 лет руководил, человек с огромным коммунистическим прошлым, и советским методом управления. Но, пример Сингапура показывает, как можно благодаря огромной политической воле, эффективному антикоррупционному законодательству и неподкупному независимому агентству всего за несколько лет свести коррупцию к очень низкому уровню. И поднять экономику, развитие страны, благосостояние населения страны сделать одним из лучших. А для этого, у Узбекистан и сейчас имеется огромный потенциал Основный текст взят из статьи: «История Сингапура. Опыт борьбы с коррупцией в Сингапуре. Лечение «Заразной жадности.»

Ўзбекистонда коррупцияга қарши кураш /Борьба с коррупцией в Узбекистане is on Facebook. To connect with Ўзбекистонда коррупцияга қарши кураш /Борьба с коррупцией в Узбекистане, join Facebook today.

Четыре урока для Китая по JSTOR

Поскольку Сингапур является наименее коррумпированной страной в Азии, в этой статье утверждается, что Китай может улучшить свои антикоррупционные усилия, извлекая уроки из эффективной антикоррупционной стратегии Сингапура, несмотря на контекстуальные различия между двумя странами. Успех Сингапура в борьбе с коррупцией можно объяснить политической волей правительства Партии народного действия, которая находит свое отражение в выделении достаточного бюджета и персонала Бюро по расследованию коррупционных практик, чтобы гарантировать беспристрастное соблюдение антикоррупционных законов, независимо от должность, статус или политическая принадлежность преступника. В отличие от этого, многочисленные антикоррупционные агентства Китая (ACA) и антикоррупционные кампании неэффективны, поскольку не устраняют причины коррупции. Текущая антикоррупционная кампания президента Си Цзиньпина страдает следующими тремя ограничениями: (1) она устраняет симптомы коррупции без устранения причин; (2) законы о борьбе с коррупцией применяются выборочно и не беспристрастно; и (3) политические лидеры используют кампанию как оружие против своих политических оппонентов.Китай может усилить свою антикоррупционную стратегию, извлекая из успеха Сингапура следующие четыре урока: (1) критическое значение политической воли; (2) использование одного ACA с адекватным персоналом и бюджетом вместо нескольких ACA; (3) беспристрастно применять антикоррупционные законы и избегать использования коррупции как оружия против политических оппонентов; и (4) устранять причины коррупции вместо того, чтобы полагаться на неэффективные антикоррупционные кампании. Однако реализация этих четырех уроков требует, чтобы политические лидеры Китая заплатили высокую цену за введение ограничений на их власть, что маловероятно.

Американский журнал китаеведов — это международный журнал, который выходит 20 лет назад. AJCS — официальное издание Американской ассоциации китаеведов, выходит два раза в год, в апреле и октябре. Язык публикации — английский. AJCS заинтересован в получении рукописей, касающихся Тайваня или Китая. AJCS публикует статьи по всем дисциплинам социальных наук, включая историю. AJCS также проявляет особый интерес к публикации статей по гуманитарным наукам.Рукописи рецензируются для принятия. Все мнения, выраженные в AJCS, принадлежат автору и не должны вменяться ассоциации.

Программный комитет ежегодной конференции Американской ассоциации китаеведов (AACS) предлагает предложения по группам, круглым столам и докладам, касающимся Китая, Тайваня и китайской диаспоры для 59-й ежегодной конференции, проводимой Институтом Уокера Университета Южной Каролины в Колумбии. , Южная Каролина, 20-22 октября 2017 г.Тема конференции — «Китай и Тайвань в меняющемся мире». AACS стремится построить сбалансированную программу, включая группы, представляющие гуманитарные, социальные науки, коммуникативные исследования, образование, бизнес и другие смежные дисциплины.

Сингапурское бюро по расследованию коррупционных практик: Хранитель общественной честности

Сочетание обширных полномочий и твердой и стабильной политической поддержки, подкрепленной долгосрочной политической стабильностью, является отличительной чертой CPIB по сравнению с другими антикоррупционными агентствами в соседних странах. а также западные страны, которые занимают верхние строчки мировых рейтингов вместе с Сингапуром (Quah 2011, 2017).

Почему Сингапур преуспел в борьбе с коррупцией, а другие азиатские страны не смогли этого сделать? Помимо полномочий, структуры и руководства CPIB, описанных выше, существует ряд важных контекстуальных факторов, которые привели к институционализации и успеху агентства. «Маленькая красная точка» Сингапур — крошечный, высоко урбанизированный город-государство с общей площадью всего 710,3 кв. Км, в котором отсутствуют значительные сельскохозяйственные площади и природные ресурсы. Небольшие размеры Сингапура, высокая степень урбанизации и централизованная модель управления сверху вниз, безусловно, способствовали успеху CPIB.Эти особенности способствуют политическому контролю, административной координации и отсутствию конкуренции и войн за сферы влияния между национальными, провинциальными и местными органами власти (в Сингапуре только один уровень правительства), отзывчивости государственных должностных лиц и отсутствию проблем, возникающих при проведении реформ в сельских районах. или провинции (Quah 1984, 2011).

С момента обретения независимости правительство Сингапура построило и почти мифизировало понятие меритократии, введенное британцами в 1951 году для обеспечения того, чтобы набор и продвижение государственных служащих основывался на заслугах и для ускорения темпов локализации административного аппарата ( Quah 2010, 2011).Эта приверженность меритократии выходит за рамки работы CPIB. Важным движущим фактором была Комиссия по государственной службе (PSC), которая до сих пор играет ключевую роль в управлении персоналом и служебной аттестации на всей государственной службе и присуждает очень конкурентоспособные и востребованные стипендии лучшим студентам в каждой когорте ( Quah 2010: 74, 91; Van der Wal 2019). Что характерно, эксперты назвали Сингапур «меритократией мачо» (Quah 2010: 5; Van der Wal 2019: 56; Vogel 1989: 1053). 9

Политическая стабильность и приверженность также были важными факторами. Правительство ППА переизбиралось 13 раз после победы на всеобщих выборах 1959 года, при этом оппозиционные партии обычно занимали не более 10–20% мест в парламенте. Так продолжалось даже после того, как правящая партия получила «только» 59% голосов избирателей на ставших легендарными выборах 2011 года. Преемственность правительства ППА и его приверженность сдерживанию коррупции в контексте высокой политической стабильности и низкой политической турбулентности повысили эффективность его антикоррупционной стратегии, а также не позволили правительству использовать CPIB в качестве атакующей собаки против политических сил. противники (или наоборот).

Фактически, Quah (2011, 2017) документирует, что правительство Сингапура тратит значительно больше денег на душу населения на борьбу с коррупцией, чем большинство других азиатских стран. Кроме того, он в максимальной степени устранил политическое вмешательство в антикоррупционные расследования. Во многих других азиатских странах и парламент, и сенат контролируют различные аспекты работы антикоррупционных агентств, при этом (сознательно) ограничивая их следственные полномочия и опыт.Сингапур законодательно позволил CPIB действовать как внутри страны, так и за рубежом, как в государственном, так и в частном секторе.

Кроме того, политическая и институциональная основа антикоррупционной политики коренится в правовом характере сингапурского общества. Сингапур очень гордится тем, что его считают страной с «верховенством закона», в которой нарушение закона не одобряется, с высокими шансами быть пойманными и суровым наказанием, действующими как постоянные сдерживающие факторы. Синтез Ли Куан Ю факторов, лежащих в основе сильной позиции Сингапура в этих областях, дает аналогичный случай:

Эффективность нашей системы по борьбе с коррупцией и наказанию за нее зависит, во-первых, от закона о борьбе с коррупцией, содержащегося в Законе о предотвращении коррупции; во-вторых, о бдительной публике, готовой предоставить информацию обо всех подозрениях в коррупции; и в-третьих, о CPIB, который проводит скрупулезные, тщательные и бесстрашные расследования.Для этого CPIB должен получить полную поддержку премьер-министра, под чьим руководством он находится. Но самым сильным сдерживающим фактором является общественное мнение, которое осуждает и осуждает коррумпированных лиц; иными словами, в установках, которые делают коррупцию настолько неприемлемой, что клеймо коррупции невозможно смыть, отбыв тюремное заключение. (Quah 2011: 233)

Чтобы обеспечить непрерывную эффективность POCA и лишить CPIB лицензии на деятельность, правительство PAP внесло, когда это необходимо, поправки (в 1963, 1966 и 1981 годах) или новое законодательство (в 1989 году) для решения непредвиденные проблемы или закрытие юридических лазеек.Например, в 1966 году в ЗДП были внесены поправки, согласно которым лицо могло быть признано виновным в коррупции без фактического получения взятки при условии, что он продемонстрировал намерение сделать это. В POCA также были внесены поправки в 1966 году, с тем чтобы сингапурцы, работающие на свое правительство в посольствах и других государственных учреждениях за рубежом, подвергались судебному преследованию за коррупционные преступления, совершенные за пределами Сингапура, и рассматривались бы так, как если бы такие преступления имели место в Сингапуре. При этом Сингапур стал одним из первых применявших методы, которые теперь стали обычным явлением в США, Великобритании и других странах ОЭСР (Graycar and Prenzler 2013).

В 1981 году в ЗДП в третий раз были внесены поправки, чтобы усилить его сдерживающий эффект, потребовав от лиц, признанных виновными в коррупции, вернуть все полученные деньги в дополнение к обычному приговору суда. Правонарушителям, которые не могли полностью возместить ущерб, были вынесены более суровые приговоры суда. Восемь лет спустя штраф за коррупционные правонарушения был увеличен в 10 раз с 10 000 до 100 000 сингапурских долларов (78 5113 долларов США), чтобы усилить сдерживающий эффект ЗПДП. Разделы 11 и 12 предусматривают, что депутаты и члены государственных органов, признанные виновными в коррупционных преступлениях, будут оштрафованы на 100 000 сингапурских долларов и приговорены к тюремному заключению на срок до семи лет.

О высоком уровне политической и общественной поддержки можно судить по тому, как CPIB преодолела глубокие кризисы. 14 августа 1986 года — самоубийство тогдашнего министра национального развития Чанг Вана, который в то время долгое время работал министром национального развития, менее чем через две недели после того, как его допрашивали в течение 16 часов сотрудники CPIB после того, как строительный подрядчик подал на него иск о коррупции (Quah 2011: 199) шокировал нацию и привлек внимание к CPIB. Четыре месяца спустя строительный подрядчик был оштрафован на максимальную сумму в 100 000 сингапурских долларов за предложение взятки в миллион долларов другому строительному подрядчику за то, что имя министра не фигурировало в расследовании.

Самоубийство министра свидетельствует о серьезности и легитимности расследований и обвинений CPIB, а также о позоре и потере репутации, связанных с обвинением в коррупции после 25 лет успешных операций и кампаний CPIB. Однако все это дело также вызвало вопросы членов парламента и последующее парламентское расследование того, что именно произошло, по запросу депутата Чиама Зее Тонга, депутата от оппозиции от округа Потонг Пасир. Соответственно, 26 марта 1987 года президент Ви Ким Ви назначил следственную комиссию из трех человек для расследования этого дела.После жалоб Чиама на то, что ему не разрешили получить доступ к необходимой информации, он попросил освободить его от участия в разбирательстве (Quah 2011: 200).

Спустя пять месяцев расследование пришло к выводу, что «два коррупционных акта Тех Чанг Вана, возможно, никогда не были бы раскрыты, если бы CPIB не принял на себя обязательство расследовать все случаи коррупции в Сингапуре» (Quah 2011: 200–201). Согласно Quah (2011: 201), «важным последствием скандала с Тех Ченг Ван было введение Закона 1989 г. о коррупции (конфискации льгот), который был принят 3 марта 1989 г., чтобы суд мог издать постановление о конфискации имущество ответчика, если он извлек выгоду из коррупции ».

Руководители правительства Сингапура непоколебимо призывают к бдительности и осведомленности в отношении коррупции и предостерегают министров и ведомства от самоуспокоенности, основанной на прошлых результатах деятельности и репутации. Например, вскоре после того, как сын Ли Куан Ю и третий премьер-министр Сингапура Ли Сянь Лунг вступили в должность в 2005 году, правительство внесло изменения в кодексы поведения министров и депутатов. Ли объяснил причины внесения изменений в эти кодексы поведения следующим образом:

Добросовестность и репутация членов парламента и правительства ПНП — наш самый ценный актив, который создавался более полувека.Если мы потеряем это, мы потеряем уважение избирателей и доверие инвесторов, и Сингапур упадет. (Quah 2011: 235)

В последнее время агентство инвестировало значительные средства в расширение своих физических и технических возможностей. В тесном сотрудничестве с другими государственными учреждениями, аналитика данных и алгоритмы широко используются для выявления (виртуального) мошенничества и отмывания денег, а недавно нанятые специалисты по данным и программисты исследуют и предотвращают новые типы коррупции в XXI веке, чтобы обеспечить постоянную актуальность и производительность учреждения (Poon 2020; Tan 2020).

Завершение сделки — Постановление о борьбе с коррупцией в Сингапуре, 2016 | Глобальная юридическая фирма

Опишите и обобщите недавние важные решения и расследования, связанные с внутренним законодательством о взяточничестве, включая любые расследования или решения с участием иностранных компаний.

В деле Государственный обвинитель против Сайеда Мостафы Ромела [2015] 3 SLR 1166 Высокий суд Сингапура ясно дал понять, что взяточничество в частном секторе так же отвратительно, как и взяточничество в государственном секторе, утроив тюремный срок (с двух до шести месяцев) морского инспектора осужден по обвинению в коррупции, связанном с получением взяток, за то, что в его отчетах не указаны нарушения безопасности.Дело важно для руководства, которое оно дает по обвинению в коррупции. Что еще более важно, он устраняет любые различия между коррупцией в частном и государственном секторах.

Сингапурская верфь, предоставляющая услуги по строительству, переоборудованию и ремонту судов по всему миру, оказалась втянутой в коррупционный скандал, в котором бывшие руководители высшего звена были замешаны в заговоре с целью подкупа агентов клиентов в обмен на контракты. В период с декабря 2014 года по июнь 2015 года семи руководителям высшего звена, включая трех президентов, старшего вице-президента, главного операционного директора и двух финансовых контролеров группы, были предъявлены обвинения в коррупции за сговор с целью дачи взяток в обмен на услуги, например контракты на ремонт судов и за сговор с целью обмана компании путем фальсификации счетов и предъявления претензий в виде мелких денежных сумм в отношении фиктивных расходов на развлечения.

Сингапурская электронная компания была замешана в другом деле о коррупции, в котором бывший коммерческий директор Марк Эдвард Тьонг был осужден за получение вознаграждения в размере около 87 386 сингапурских долларов в 2006 году в обмен на назначение Муджибура Рахмана, управляющего директора бангладешской фирмы Kings Shipping и Trading Co, чтобы помочь этой электронной компании в тендере на проект с участием Департамента полиции Бангладеш.

В деле Государственный прокурор против Ленг Ках Пох [2014] SGCA 51 (дело IKEA) Апелляционный суд пояснил, что побуждение третьей стороны не является необходимым для предъявления обвинения в коррупции в соответствии с PCA.При этом Апелляционный суд отменил оправдательный приговор Высокого суда Ленг Ка По, бывшего менеджера по продуктам питания и напиткам IKEA в Сингапуре, который первоначально был приговорен к 98 неделям тюрьмы по 80 обвинениям в коррупции. Сообщается, что Ленг получил откат в размере 2,4 млн сингапурских долларов за то, что отдал предпочтение определенному поставщику продукции. Высокий суд отменил обвинительный приговор суда первой инстанции и оправдал Ленга, постановив, что это поведение не является коррупцией, поскольку третья сторона не побудила его совершить коррупционные действия.Высокий суд постановил, что иск о коррупции будет успешным только при наличии по крайней мере трех сторон: принципала, понесшего убытки; агент, проявляющий коррупционные намерения; и третье лицо, побуждающее агента действовать нечестно или неверно. Высокий суд постановил, что в этом деле не существовало третьей стороны, и поэтому предполагаемое поведение не считалось коррупционным в соответствии с СПС. Однако, отменяя решение Высокого суда, Апелляционный суд отметил, что, если побуждение со стороны третьей стороны было необходимо, это привело бы к абсурдным результатам и подорвало бы всю цель СПС.

В деле Тео Чу Ха против государственного прокурора [2014] SGCA 45, бывший директор Seagate Technology International (Seagate) получил акции автотранспортной компании и впоследствии помог этой компании заключить контракты на предоставление автотранспортных услуг для Seagate. Высокий суд постановил, что такое поведение не является коррупцией, поскольку вознаграждение не было предоставлено с «целью» или «причиной» побуждения, поскольку они не были причинно связаны с помощью, которую оказал Тео. Кроме того, Тео заплатил за акции.Апелляционный суд отменил решение Высокого суда, установив, что обвинение в коррупции все еще может быть предъявлено при уплате вознаграждения, и нет необходимости доказывать, что вознаграждение было неадекватным или что сделка была фиктивной. Апелляционный суд, в частности, отметил, что цель СПС будет подорвана, если его истолковать как имеющий такую ​​узкую сферу действия, которую можно было бы обойти с помощью изощренных схем, подобных той, что используется в настоящем деле.

В громком деле с участием шести лидеров мега-церкви в Сингапуре, City Harvest Church, основателя церкви Конг Хи и пятерых лидеров суды штата Сингапур признали виновными в сговоре с целью неправомерного использования церковных средств на миллионы долларов для содействия музыкальная карьера певицы Сон Хо, которая также является женой Конга.Эти шестеро неправильно использовали около 50 миллионов сингапурских долларов из фондов строительства церкви, предназначенных для строительных расходов или инвестиций. Пятеро из шести, включая Конга, были признаны виновными в неправомерном использовании 24 миллионов сингапурских долларов на финансирование музыкальной карьеры Хо, направляя церковные средства на фиктивные инвестиции в компанию, контролируемую Конгом. Четверо из шести были признаны виновными в незаконном присвоении еще 26 миллионов сингапурских долларов церковных фондов путем фальсификации счетов для сокрытия первой суммы и мошенничества с аудиторами церкви. Их приговорили к тюремному заключению на срок от 21 месяца до восьми лет.И обвинение, и соответствующие обвиняемые обжаловали приговор.

В январе 2015 года премьер-министр объявил о том, что будут предприняты шаги для увеличения численности сотрудников CPIB более чем на 20 процентов, создания центрального центра отчетности для жалоб. Это событие окажет значительное влияние на антикоррупционный ландшафт Сингапура. необходимо подать и пересмотреть и изменить СПС. Хотя еще предстоит увидеть, какие аспекты закона будут изменены, есть некоторые ключевые области, которые могут стать предметом правовой реформы.Это могло бы быть снижение порога доказательности для установления корпоративной ответственности, введение защиты соблюдения, расширение экстерриториального действия СПС и принятие законов о защите информаторов и стимулировании. Дальнейшие подробности обзора СПС будут объявлены дополнительно.

Примечание

Аккредитация:

«Воспроизведено с разрешения компании Law Business Research Ltd. Эта статья была впервые опубликована в журнале Getting the Deal Through: Anti-Corruption Regulation 2016 (опубликовано в марте 2016 года; участвующий редактор: Homer E Moyer Jr, Miller & Chevalier Chartered).Для получения дополнительной информации посетите сайт www.gettingthedealthrough.com ».

Культурные и институциональные условия антикоррупционных мер во Вьетнаме и уроки Сингапура

Аннотация

Борьба Вьетнама с коррупцией застопорилась на долгое время, несмотря на признание глобальной пандемии на триллион долларов «внутренним врагом национального развития». Не хватает видения, понимания, новаторских методов и политической воли к переменам.Эту проблему усугубляет то, что исследования коррупции во Вьетнаме были в основном количественными, ориентированными на политику, проектными или отраслевыми, в то время как качественное и академическое понимание культурных условий и социальной конструкции коррупции недооценивается. Принимая во внимание эту проблему, в этом исследовании PhD анализируются культурные и институциональные условия в сравнении с Вьетнамом и Сингапуром в поисках наилучших применимых антикоррупционных практик. Сингапур — лучший выбор, чтобы наиболее четко отразить, как различные взгляды на развитие, капитализм и социализм, с похожими национальными контекстами конфуцианства, колониального наследия и условий до-модерна, могут привести к противоположным мерам и достижениям в борьбе с коррупцией.Результаты исследований подтверждают, что вьетнамские культурные и формальные институты взаимодействуют в распространении коррупции. Ключевыми институциональными детерминантами являются авторитетная политическая система, неэффективное государственное управление, слабое правоприменение и верховенство закона, слабое гражданское общество и цензура прессы, которые препятствуют прозрачности, подотчетности, что приводит к появлению возможностей, ослаблению вознаграждений и снижению издержек, связанных с коррупцией. С другой стороны, общая терпимость к коррупции как к решению социальных проблем и переходное «расстройство социальных ценностей» способствуют коррупции.Условное решение радикального изменения системы посредством передачи знаний необходимо, если Вьетнам хочет трансформировать себя, как Сингапур, в ответ на коррупцию. В частности, реформы во Вьетнаме приносят победителей и проигравших из-за увеличения неравенства и несправедливости из-за появления мелких незаконных «новых богатых», стремящихся к получению ренты государственных чиновников за счет большинства бедных, уязвимых групп, таких как безмолвные и землевладельцы. теряют фермеров. Сильным требованием является верховенство закона, надлежащее управление, прозрачность, подотчетность и общая честность в государственном секторе.

Субъекты

борьба с коррупцией во Вьетнаме, институты, культура, уроки Сингапура

Борьба с коррупцией

Прием документов: Аналитика данных для борьбы с коррупцией в государственном управлении

Важные даты
Объявление о приеме статей: среда, 16 декабря 2020 г.
Крайний срок подачи тезисов: понедельник, 15 марта 2021 г.
Уведомление о решении: пятница, 14 мая 2021 г.
Срок подачи окончательной рукописи: пятница, 30 августа 2021 г.
Симпозиум: Сентябрь 2021 г.
Крайний срок для представления данных и политики (необязательно): 30 октября 2021 г.
Специальный сбор данных и политик Дата публикации: май 2022 г.

Борьба с коррупцией

Группа Всемирного банка считает коррупцию серьезным препятствием для достижения своей двойной цели — искоренить крайнюю бедность к 2030 году и повысить общее благосостояние беднейших 40 процентов людей в развивающихся странах.

Коррупция оказывает непропорционально сильное воздействие на бедных и наиболее уязвимых слоев населения, увеличивая расходы и сокращая доступ к услугам, включая здравоохранение, образование и правосудие. Коррупция при закупке лекарств и медицинского оборудования увеличивает расходы и может привести к выпуску некачественных или вредных продуктов.Человеческие затраты поддельных лекарств и вакцинации на состояние здоровья и пожизненное воздействие на детей намного превышают финансовые затраты. Неофициальные платежи за услуги могут иметь особенно пагубные последствия для бедных.

Эмпирические исследования показали, что бедные платят самый высокий процент своего дохода в виде взяток. Некоторые исследования показывают, что на бедных могут даже охотиться, поскольку они бессильны жаловаться. Каждый украденный или неправильно направленный доллар, евро, песо, юань, рупия или рубль лишает бедных равных возможностей в жизни и мешает правительствам вкладывать средства в их человеческий капитал.

Коррупция подрывает доверие к правительству и подрывает общественный договор. Это вызывает озабоченность во всем мире, но особенно в условиях нестабильности и насилия, поскольку коррупция подпитывает и увековечивает неравенство и недовольство, которые приводят к нестабильности, насильственному экстремизму и конфликтам.

Коррупция препятствует инвестициям, что, как следствие, сказывается на экономическом росте и рабочих местах. Страны, способные противостоять коррупции, более эффективно используют свои человеческие и финансовые ресурсы, привлекают больше инвестиций и быстрее развиваются.

Группа Всемирного банка признает, что коррупция принимает разные формы. Это может повлиять на предоставление услуг, например, когда должностное лицо просит взятки за выполнение обычных услуг. Коррупция может несправедливо определять победителей государственных контрактов, при этом награды будут отданы друзьям, родственникам или деловым партнерам государственных чиновников. Или это может происходить в форме захвата государства, искажающего то, как работают институты и кто их контролирует, — форма коррупции, которая часто является самой дорогостоящей с точки зрения общего экономического воздействия.Каждый вид коррупции важен, и борьба со всеми из них имеет решающее значение для достижения прогресса и устойчивых изменений.

Для борьбы с коррупцией часто требуются решительные усилия по преодолению корыстных интересов. Прозрачность и открытое управление обычно являются частью истории, но редко целиком. Когда общественное недовольство коррупцией и кумовством достигает точки кипения, политические выгоды от борьбы с коррупцией могут превышать издержки, связанные с нарушением интересов.

Если не считать радикальных реформ, прогресс может быть достигнут за счет более совершенных и открытых процессов, профессиональных систем подотчетности и использования новейших передовых технологий для сбора, анализа и обмена данными с целью предотвращения, обнаружения и сдерживания коррупционного поведения.

Группа Всемирного банка использует инновационные технологии для повышения эффективности и производительности государственного сектора, борьбы с коррупцией и содействия укреплению доверия и подотчетности, особенно в более нестабильных условиях.

Многие из самых дорогостоящих форм коррупции в мире не могли бы возникнуть без институтов в богатых странах: компаний частного сектора, которые дают большие взятки, финансовых институтов, принимающих коррупционные доходы, а также юристов, банкиров и бухгалтеров, которые содействуют коррупционным сделкам.Данные о международных финансовых потоках показывают, что деньги перемещаются из бедных стран в богатые, что в корне подрывает развитие.

Подход:

Коррупция — глобальная проблема, требующая глобальных решений. Группа Всемирного банка работает над смягчением пагубных последствий коррупции в странах-клиентах более 20 лет.

Группа Всемирного банка работает на страновом, региональном и глобальном уровнях, помогая создавать дееспособные, прозрачные и подотчетные институты, а также разрабатывать и реализовывать антикоррупционные программы, опираясь на последние достижения и инновации.Работа Группы Всемирного банка сосредоточена на обеспечении устойчивости и изменении результатов, помогая как государственным, так и негосударственным субъектам сформировать компетенции, необходимые для реализации политики и практики, которые улучшают результаты и укрепляют общественную честность.

Кроме того, Группа Всемирного банка работает с государственным и частным секторами, а также с гражданским обществом, чтобы поддержать усилия по предотвращению коррупции, улучшить средства правовой защиты для устранения правонарушений, когда они происходят, а также работать над улучшением поведения, норм и стандартов, необходимых для поддержания борьбы с коррупцией. усилия.

Группа Всемирного банка включила управление и институты в качестве темы в свой Фонд для беднейших стран МАР19, чтобы привлечь внимание мировой общественности к этой проблеме.

Борьба с коррупцией в рамках проектов, финансируемых Группой Всемирного банка:

Подход Группы Всемирного банка к борьбе с коррупцией сочетает в себе упреждающую политику прогнозирования рисков и управления ими в собственных проектах. Группа Всемирного банка подвергает все потенциальные проекты тщательной проверке и работает с клиентами над снижением возможных выявленных коррупционных рисков.Независимая система санкций Группы Всемирного банка включает в себя вице-президентство по неподкупности, которое отвечает за расследование утверждений о мошенничестве и коррупции в проектах, финансируемых Всемирным банком. Механизмы общественных жалоб встроены в проекты для поощрения и расширения возможностей надзора, а проекты активно контролируются во время реализации.

Когда обвинения в мошенничестве и коррупции подтверждаются, компаниям, причастным к неправомерным действиям, запрещается участвовать в любой новой деятельности, финансируемой Группой Всемирного банка.Заинтересованные правительства получают результаты расследований Группы Всемирного банка. На сегодняшний день Группа Всемирного банка публично отстранила или наложила санкции на более 1000 фирм и частных лиц.

В 2020 финансовом году Группа Всемирного банка отстранила или наложила другие санкции на 49 фирм и физических лиц и признала 72 перекрестных отстранения от других многосторонних банков развития. В конце 2020 финансового года к 372 организациям были применены санкции с условным освобождением — процесс, благодаря которому фирмы получают возможность улучшить свои программы внутреннего контроля в рамках своих санкций.

Подтверждение приверженности делу помощи странам в борьбе с коррупцией

При подходе к борьбе с коррупцией на уровне страны важно создать институциональные системы и стимулы для предотвращения коррупции в первую очередь. Предотвращение также требует надежного сдерживания, опираясь на механизмы подотчетности и принуждения, достаточно сильные, чтобы сообщить потенциальным правонарушителям о потенциальных издержках их неправомерного поведения. В то же время мы должны признать, что местный политический и социальный контекст влияет как на уровень коррупции, так и на подходы к реформе, которые могут привести к успеху или неудаче.

Всемирный банк недавно выступил с рядом антикоррупционных инициатив, чтобы подтвердить свою приверженность делу оказания помощи странам в борьбе с коррупцией, в решении проблем глобализации, технологий, социальных наук и других факторов. Инициативы по борьбе с коррупцией расширяют сферу деятельности Банка за пределы развивающихся стран, включая также финансовые центры, более открыто, чем раньше, рассматривают политику коррупции, используют новые технологии для понимания, борьбы и предотвращения коррупции, а также интегрируют идеи поведенческой социальной науки.

Пандемия COVID-19 привела к крупномасштабным чрезвычайным расходам со стороны правительств, иногда без соблюдения обычных сдержек и противовесов. Хотя скорость понятна, без надлежащего контроля она подвергает правительства множеству коррупционных рисков, которые могут подорвать эффективность их ответных мер. Напряжение, которое ложится на государственный сектор при реагировании на текущую ситуацию, открывает огромные возможности для процветания коррупции. Коррупция может привести к краже, растрате и ненадлежащему использованию ограниченных ресурсов.Он также может закрепить привилегии и неравенство элиты, подрывая институты подотчетности с долгосрочными последствиями. Полное описание рисков и рекомендации Банка по противодействию им изложены в программной записке «Обеспечение добросовестности в ответных мерах правительства на COVID-19», которая является частью серии программных записок, призванных помочь правительствам в улучшении управления в период Кризис COVID-19.

По мере того, как страны вступают на путь к более устойчивой и инклюзивной экономике, политики сталкиваются с проблемой реактивации экономики в контексте огромного финансового стресса, усугубляемого накоплением больших сумм долга.Крайне важно разумное и прозрачное использование ограниченных ресурсов. Это дает возможность построить чистое, подотчетное и прозрачное правительство за счет введения высочайших стандартов добросовестности через закрытие точек входа, которые позволяют процветать коррупции. В контексте ограниченного фискального пространства в ближайшие годы даже более важно, чем раньше, потратить миллиарды долларов, потерянных из-за коррупции, на восстановление экономики и обеспечение защиты бедных и уязвимых групп, которые непропорционально страдают от коррупции.

Признавая, что попытки контролировать коррупцию принесли важные уроки, Группа Всемирного банка выпустила в сентябре 2020 года глобальный отчет, основанный на тематических исследованиях различных инструментов и подходов. Повышение эффективности и прозрачности правительства: борьба с коррупцией охватывает пять ключевых тематических областей: государственные закупки, инфраструктура, государственные предприятия, таможенное администрирование и предоставление услуг, а также сквозные темы, такие как инициативы открытого правительства и GovTech, с тематическим исследованием примеры со всего мира.

Примеры выбранных стран:

Афганистан пытается искоренить коррупцию, улучшить управление государственными финансами и сделать свою систему закупок более прозрачной. Национальное управление по закупкам страны сыграло важную роль в разработке прозрачной системы закупок. Первые данные и информация о процессах закупок доступны каждому на сайте NPA. Надежный надзор и мониторинг помогли правительству сэкономить около 270 миллионов долларов.

В Бразилия Всемирный банк помог разработать систему искусственного интеллекта, которая выявляет 225 красных флажков потенциального мошенничества в процессах государственных закупок и может помочь сократить расходы. На данный момент система привела к выявлению сотен случаев высокого риска, фирм с высокой вероятностью того, что они являются подставными компаниями, связанных фирм, конкурирующих друг с другом, государственных служащих, работающих в том же государственном учреждении, которое выполнило контракт, среди прочего. другие.

В Кении, судебный проект Всемирного банка помог создать передовую систему анализа данных, которая используется для мониторинга работы судов, судей и судебного персонала.Действуя как часть явных антикоррупционных усилий, система управления эффективностью используется в сочетании с опросами пользователей судов для выявления и устранения коррупционных рисков.

В Монголия Всемирный банк поддержал усилия правительства по поддержке открытых бюджетов, включая публикацию удобных для пользователей гражданских бюджетов, обновление онлайн-порталов для доступа к информации о расходах и другие.

В Сербия Банк помогает создать платформу с участием заинтересованных сторон, чтобы выявлять и отслеживать конкретные действия с целью повышения прозрачности, добросовестности и надлежащего управления для поддержки инклюзивного роста.

В Сомали Всемирный банк в сотрудничестве с МВФ и другими партнерами поддержал создание совместной консультативной группы правительства Сомали и международных доноров, которая рассматривала все существенные правительственные контракты, которые не были должным образом предоставлены, что привело к этим контрактам останавливается и сбрасывается. В одном случае реструктуризация и проведение конкурентных торгов по крупнейшим государственным товарным контрактам — на поставки продовольствия для военных — сэкономили более 40%.

В Украина Всемирный банк работал с другими партнерами над созданием специализированного антикоррупционного суда и помог создать комплексную систему электронного декларирования активов.

Региональные и глобальные инициативы:

Группа Всемирного банка:

  • Обеспечивает лидерство в создании международных стандартов прозрачности (Глобальная инициатива по финансовой прозрачности, Стандарты открытых контрактов, Стандарты раскрытия информации об активах) и поддерживает внедрение открытого правительства (посредством поддержки Партнерства открытого правительства).
  • Активно помогает в реализации усилий по обеспечению прозрачности и подотчетности, таких как Инициатива прозрачности добывающих отраслей (EITI), «Публикуйте, что вы платите», «Прозрачность в рыболовстве», «Правила противодействия отмыванию денег».
  • Стратегически поддерживает и участвует в международных альянсах и региональных антикоррупционных форумах, таких как Международный альянс охотников за коррупцией и Региональная парламентская сеть ЛАК.
  • Участвует в международных форумах по борьбе с коррупцией, включая Рабочую группу G20 по борьбе с коррупцией, Целевую группу по финансовой отчетности и Целевую группу по борьбе с коррупцией ОЭСР.
  • Оказывает странам помощь в координации и взаимной правовой помощи, необходимой для выявления и возврата похищенных активов, в рамках своей инициативы СтАР в партнерстве с Управлением Организации Объединенных Наций по наркотикам и преступности (ЮНОДК).

Помогает странам определить возможные источники незаконных потоков и способы их устранения с помощью национальных оценок рисков, завершенных или продолжающихся в более чем 100 странах.

Последнее обновление: 14 декабря 2020 г.

как антикоррупционные агентства в АСЕАН могут применять инновационные инструменты в борьбе с коррупцией?

UNODC поддерживает юрисдикции АСЕАН для внедрения инновационных инструментов, таких как мобильные и онлайн-платформы отчетности, стандарты открытых данных и технология блокчейн.

Опубликовано 23 ноября 2018 г.

@Markus Spiske на Unsplash

Согласно Google, база пользователей Интернета в Юго-Восточной Азии стремительно росла за последние два года, что сделало этот регион третьим по величине рынком в мире по количеству пользователей Интернета, причем примерно 90% из них составляют пользователи смартфонов. Цифровизация изменила взаимодействие внутри общества бесчисленными способами, и пилотные проекты по всему миру оказались действительно многообещающими в плане привлечения широкой, разнообразной и активной аудитории к борьбе с коррупцией, влияя на скорость и масштаб доступа к информации, анализу данных или финансовым расследованиям. можно управлять.Как эти инструменты могут успешно использоваться антикоррупционными агентствами в контексте Юго-Восточной Азии?

«Большие данные могут произвести революцию в антикоррупционной работе», — объясняет Лола Истер, используя данные индонезийских антикоррупционных судов для повышения прозрачности судебной системы, «Наблюдение за коррупцией Индонезии»

«Большие данные могут произвести революцию в антикоррупционной работе», — пояснила г-жа Лола Истер из неправительственной организации «Наблюдение за коррупцией Индонезии». Г-жа Истер выступала на региональном семинаре по применению инновационных инструментов в борьбе с коррупцией на грани мероприятие Сторонам против коррупции в Юго-Восточной Азии (SEA-PAC) в Сингапуре, 29 октября 2018 г.Этот семинар был организован Бюро по расследованию коррупционных действий (CPIB) Сингапура и Управление Организации Объединенных Наций по наркотикам и преступности (ЮНОДК). Технологические компании, организации гражданского общества и антикоррупционные агентства АСЕАН вместе определили приоритетные действия, которые необходимо предпринять под руководством членов SEA-PAC, чтобы эффективно использовать инновационные инструменты, такие как онлайн-платформы, мобильные приложения, открытые и большие данные и технология блокчейн.

В последние годы Страны АСЕАН предприняли значительные шаги в направлении использования электронного управления, онлайн-платформ и мобильных технологий для обеспечения прозрачности, общественного контроля и социальных преимуществ , признанных АСЕАН «ключевым аспектом преодоления пробелов в развитии» (Стратегический план электронного правительства АСЕАН на 2020 год).Некоторые страны Азии разработали эффективные системы электронного управления, например Южная Корея (тройка лидеров в мире по опрос, проведенный Центром данных ООН), Сингапур, Малайзия, Бруней, Таиланд и Филиппины. На семинаре CPIB-UNODC представители антикоррупционных агентств Индонезии (KPK) и Малайзии (MACC) представили свои соответствующие онлайн-порталы управления жалобами и мобильное приложение для сообщения о коррупции. Эти цифровые платформы мобилизуют большое количество граждан, обеспечивая важный источник информации для выявления случаев коррупции.

Увеличение количества сообщений о коррупции в целом является положительным фактором для борьбы с коррупцией, но есть опасения в отношении защиты лиц, сообщающих о нарушениях: ‘новое постановление от сентября 2018 года предусматривает финансовые стимулы до 13 135 долларов для заявителей и дополнительную правовую защиту для заявителей. сообщать о лицах в Индонезии, что является большим достижением, но положения о раскрытии личности остаются неизменными, и наши отчеты должны содержать личность репортера », — подчеркнул г-н.Кахья Хардианто Харефа, директор Управления по рассмотрению жалоб населения КПК в Индонезии. ЮНОДК работает с правительствами стран региона над внедрением эффективных систем защиты информаторов и механизмов подачи жалоб через Интернет. Например, в декабре 2018 года Лаосская Народно-Демократическая Республика при поддержке UNDOC будет взаимодействовать с гражданским обществом и частным сектором с целью улучшения существующих механизмов сообщения о коррупции в стране.

«Новое постановление от сентября 2018 года предусматривает финансовые стимулы до 13 135 долларов США для информаторов и дополнительную правовую защиту для лиц, сообщающих информацию в Индонезии, что является большим достижением», — сказал г-н.Кахья Хардианто Харефа, Комиссия по искоренению коррупции (КПК), Индонезия

Еще одна область, в которой страны АСЕАН все еще отстают, — это признание важности открытости правительства и роли больших и открытых данных в борьбе с коррупцией . Г-жа Лола Истер представила новаторскую инициативу в Индонезии, реализованную неправительственной организацией Indonesia Corruption Watch. НПО разработала интегрированную онлайн-базу данных приговоров по делам о коррупции, получая данные из антикоррупционных судов Индонезии. (https: // антикорупси.org). Выделяя тенденции вынесения приговоров по годам и по судам, этот анализ данных способствует прозрачности судебного сектора, который был определен как сильно коррумпированный сектор в стране. Для этого типа инициатив требуется благоприятная среда, включающая доступ к законам об информации, гражданское участие, реестры бенефициарных собственников, раскрытие финансовой информации и активов, а также публичные открытые данные. Эти элементы открытости правительства анализируются в Индекс открытого правительства 2015 года, в котором Сингапур, Индонезия и Филиппины показывают хорошие результаты по сравнению с другими странами АСЕАН.

«Открытые данные могут повысить прозрачность правительства и информировать граждан, но отсутствие доверия к региону Меконга снижает их эффективность», — отмечает г-жа Пиро Чунг, Инициатива открытого развития

Фактически, «реальность в регионе Меконга такова, что большие данные недоступны и не соответствуют стандартам открытых данных». Большие данные основаны на больших объемах цифровых данных, к которым можно получить доступ в Интернете. Хартия открытых данных определяет открытые данные как «цифровые данные, предоставляемые с техническими характеристиками, необходимыми для их свободного использования, повторного использования и распространения кем угодно, в любое время и в любом месте».Открытые данные могут улучшить прозрачность правительства и информировать граждан, но отсутствие доверия к региону Меконга снижает его эффективность », — пояснила г-жа Пиро Чунг из Open Development Initiative, сети НПО, работающих над изменением этого мировоззрения. Некоторые инициативы успешно демонстрируют ценность больших и открытых данных для политиков в регионе Меконга: например, в Камбодже гражданское общество собирает данные о зарегистрированных компаниях, инвестирующих или заинтересованных в инвестировании в страны Меконга, и публикует их.С этой целью, пересмотр правовых рамок доступа к информации и содействие доступу и использованию информации в открытых форматах данных были определены как ключевые приоритетные действия.

Наконец, совсем недавно, Специалисты по борьбе с коррупцией все чаще обращают внимание на технологию блокчейн и на то, как она может поддержать борьбу с коррупцией . Г-н Чжан Цзе Вэй, руководитель отдела компьютерной криминалистики CPIB Singapore, объяснил, как криптовалюты используются в финансовых расследованиях: в случае, если преступники используют биткойны для изощренных преступлений, сотрудники правоохранительных органов также должны иметь возможности для их обнаружения.

«Простота аудита и подотчетности за каждое изменение в записях делает технологию блокчейн ключевым решением в борьбе с коррупцией», — г-н Роберто Каподиечи, Blockchain Zoo, технологическая компания из Индонезии.

Заглядывая в будущее, «в будущем технология блокчейн может привести к значительному повышению прозрачности, скорости и функциональности. Простота аудита и ответственности за каждое изменение в записях делает технологию блокчейна ключевым решением в борьбе с коррупцией », — пояснил г-н.Роберто Каподиечи, генеральный директор Blockchain Zoo, технологической компании из Индонезии. Технология блокчейн может использоваться гражданами для доступа к защищенной информации, которую невозможно стереть, и позволяет избежать непрозрачных процессов расследования. Тип информации, которая может быть оцифрована с помощью блокчейна, может включать процессы государственных закупок, земельные реестры, зарегистрированные компании, декларирование электронных активов, отслеживание цепочек поставок, процессы выборов, процессы уголовного правосудия, доказательства для расследования, пожертвования или помощь.Например, в Индонезии апробированы конкретные приложения в индустрии тунца с использованием технологии блокчейн для отслеживания цепочек поставок, тем самым борясь с коррупцией и торговлей людьми.
король. Использование технологии блокчейн антикоррупционными агентствами в регионе также было определено как потенциальный поворотный момент. открыть различные приложения, в которых оцифрованная информация используется с полной прозрачностью.

УНП ООН поддерживает инновационные инструменты, такие как онлайн-платформы, мобильные технологии, открытые данные и технологии блокчейн, в борьбе с коррупцией в странах АСЕАН с целью поддержки реализации Конвенция ООН против коррупции (UNCAC), которую ратифицировали все члены АСЕАН.В этом контексте, среди других инициатив, УНП ООН будет сотрудничать с Антикоррупционной организацией Таиланда, Фондом Кхон Тай и лабораторией SIAM в Университете Чулалонгкорн для организации хакатонов для разработки гражданских технологий с использованием открытых данных для обеспечения прозрачности и подотчетности на национальном уровне. уровень в Таиланде.

Антикоррупционный Сингапур | Американский институт конференций

9 Азиатский саммит по противодействию коррупции, проведенный Американским институтом конференций, стоит особняком как одна из лучших возможностей установления контактов и сравнительного анализа соответствия в регионе APAC.

Кристофер Дж. Честаро

Начальник отдела FCPA, отдел мошенничества, уголовный отдел
Министерство юстиции США

Adam W. Storer

Специальный агент по надзору, Подразделение по международной борьбе с коррупцией
Федеральное бюро расследований, ФБР (США)

Нуссерван Талати

Старший специалист по неподкупности, Управление по борьбе с коррупцией и неподкупности
Азиатский банк развития (Филиппины)

Мина Санкар

Руководитель группы IFC по борьбе с коррупцией и риск-менеджментом в Азиатско-Тихоокеанском регионе
Международная финансовая корпорация (IFC), Группа Всемирного банка (США)

Ежегодно высокопоставленные правительственные чиновники из Сингапура и из-за рубежа, руководители компаний и ведущие специалисты-практики собираются для обсуждения важнейших разработок и новейших передовых методов управления факторами риска с высокими ставками.

В отличие от других программ, участники извлекут выгоду из практических, ориентированных на отрасли дискуссий по наиболее насущным вопросам, влияющим на работу в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Уникально адаптированный к региональному контексту Азии, узнайте, как ваши коллеги переживают меняющийся ландшафт и реалии на местах.

Узнайте обо всех ключевых событиях в странах с высоким уровнем риска, включая Китай, Малайзию, Индию, Индонезию, Таиланд, Южную Корею, Вьетнам и другие.

Выдающиеся сопредседатели 2021 года

Кэтрин А.Бостик

Директор по комплаенсу и судебным разбирательствам, регион Большой Китай
Microsoft (Китай)

Мона Данге

Вице-президент по этике и соответствию нормам
Nokia (Сингапур)

Ританкар Саху

Приглашенный научный сотрудник
Duke University
(бывший главный юрисконсульт и руководитель отдела нормативно-правового соответствия в MAXpower Corporation, 2017-2020)

Прошлые компании в посещаемости

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *